Развод на двоих не делится - Виолетта Весна Страница 63

— Получалось — не значит было мое.

Он кивнул медленно.

— Сейчас я это понимаю.

Она не ответила.

Внутри поднялась злость.

Не резкая, а глубокая.

Сейчас он понимает.

После измены, развода, договора, ее чемоданов, статьи, Орлова, чужих взглядов. Сейчас. Когда понимание уже ничего не чинит, но все равно требует места в комнате.

— Артем, — сказала она. — Я не знаю, что делать с твоим пониманием.

Он побледнел немного.

— Ничего. Наверное.

— Тогда зачем говоришь?

— Потому что если не скажу, будет хуже.

— Кому?

Он посмотрел на нее.

Честно.

— Мне.

Вот это было неожиданно.

Не “нам”. Не “тебе нужно знать”. Не “я хочу все исправить”.

Мне.

Эгоистично. Но честно.

Алина даже уважила бы, если бы не было так больно.

— Хорошо, — сказала она. — Ты сказал.

— Я потерял тебя раньше, чем принес документы.

Она закрыла глаза.

Не надо.

— Артем.

— Нет, дай договорить.

— Зачем?

— Потому что я не мог сказать это раньше.

— А я не обязана слушать теперь.

Он замолчал.

Вот это было важнее всего.

Не его раскаяние.

Ее право не слушать.

Алина сама услышала, как тяжело они оба дышат.

— Прости, — сказал он тихо.

— Ты уже говорил.

— Я не про приезд. Вообще.

Она смотрела на него.

Поверить хотелось.

Не вернуться. Не простить сразу. Просто поверить, что он хоть что-то понял по-настоящему. Что восемь лет не были только удобством с ее стороны и слепотой с его. Что где-то под всем этим есть человек, который сейчас страдает не только из-за потери контроля.

И, наверное, он правда страдал.

Но ее боль от этого не становилась меньше.

— Я не знаю, что отвечать, — сказала Алина.

— Не отвечай.

Он вдруг улыбнулся криво.

— Видишь, я учусь.

Она не улыбнулась.

Тогда он посерьезнел.

— Я хочу попросить тебя об одном.

Вот.

Она напряглась.

— Если снова про Орлова…

— Не совсем.

— Артем.

— Я не хочу, чтобы ты начинала с ним отношения.

Алина даже не сразу поняла.

— Что?

— Я знаю, у меня нет права…

— Тогда зачем?

— Потому что прошу не как право. Как… — Он запнулся. — Как человек, который не выдержит смотреть.

Алина смотрела на него, и вся мягкость, которая почти появилась минуту назад, осыпалась.

Вот он снова.

Не выдержит он.

— Ты серьезно?

— Да.

— Ты несколько месяцев был с Кирой.

— Это другое.

Она рассмеялась.

Коротко.

Некрасиво.

— Конечно. У тебя всегда другое.

— Я не это имел в виду.

— А что?

— Я не пришел к тебе домой с ней через неделю после…

— Нет. Ты просто принес мне развод, пока она писала тебе “ты сказал ей?”. Это, наверное, деликатнее.

Он сжал челюсть.

— Я заслужил это.

— Не говори так.

— Почему?

— Потому что звучит так, будто ты сейчас красиво принимаешь удар, а я должна почувствовать, что перегнула.

Он посмотрел на нее почти с отчаянием.

— Алина, я правда не знаю, как говорить.

— Тогда не говори о Данииле.

Имя вышло впервые.

Не Орлов.

Даниил.

Артем услышал.

Конечно, услышал.

— Даниил, значит.

— Не начинай.

— У вас что-то есть?

— Работа.

— Я видел, как он на тебя смотрит.

Алина устала так резко, что захотелось сесть прямо на бордюр.

— Как?

— Не как на сотрудницу.

— А как на что?

Он молчал.

Она вдруг поняла: ему больно не потому, что между ней и Даниилом что-то есть. Больно потому, что может быть. Потому что где-то в мире появился мужчина, который видел ее не через роль жены, не через прошлое, не через брачный договор. И Артем не мог это контролировать.