Не надо боли - Лина Коваль Страница 69

— Дурная, Искорка, — смеюсь. — Какая же ты сумасшедшая!..

Рассматриваю кожаный салон, тонкий деревянный руль, вдыхаю запах нафталина и откидываюсь на спинку.

— Это ведь механика?

— Ты ку-ку? — смеется она. — Автомат на наших машинах только позавчера начали делать.

— И руль без гидроусилителя?

— Обижаешь!.. Я иногда думаю, что его дед с того света держит. Вот так тяжело поворачивать!

Я снова хихикаю, но быстро замолкаю, становлюсь серьезной и вытягиваю руку.

— Давай, — говорю напряженно.

— Он не звонил…

Вздыхаю и отворачиваюсь к окну, разглядывая проносящиеся мимо широкие улицы.

— Только отец твой наяривал как потерпевший. Я ответила, чтобы он нам операцию «Перехват» не устроил. Сказала, что ты телефон у меня оставила.

— А он?..

— Сказал, что перезвонит. Извинился даже.

— Ладно, спасибо…

— Держи, — достает мой айфон из внутреннего кармана ветровки и передает мне.

Как завороженная проверяю звонки, сообщения и мессенджеры. Там несколько оповещений от банка, скидочных предложений от магазинов косметики, пропущенные от папы и… ни одного напоминания о Ренате Аскерове.

Чтобы больше не ждать обещанного звонка, приходится отдавать телефон подруге. Так я чувствую себя спокойнее и не проверяю экран каждые две минуты.

— Сколько уже? Недели три? — спрашивает Искра, с силой переключая передачу и сдувая волосы с лица.

— Нет, — мотаю головой. — Две недели и шесть дней, — тихо уточняю.

— Ну ясненько, оптимистка, — теперь и она грустно вздыхает. — Масик-гондурасик, блин.

— Может… у него что-нибудь случилось?.. — спрашиваю полушепотом.

— Случилось, конечно. Он просто охренел. Попользовался тобой и помахал ручкой, а сказать — кишка тонка.

— Думаешь? — кусаю губы.

— Зуб даю, так оно и было. Не Масик он!.. Обычный тюбик!

— Ну хватит, — злюсь. — Если тебе хочется на эту тему шутить…

— Да я ведь за тебя переживаю, дурочка. Ты вон похудела как, того и гляди сдует в Подмосковье.

— Да это случайно получилось. Аппетита нет.

— Может, позвонишь ему сама?

— Я звонила… Либо телефон вне зоны доступа, либо он трубку не берет. В Телеге Рената нет, в соцсетях тоже. У него работа не позволяет.

— А домой к нему не ездила?..

— Ездила, — стыдливо признаюсь. — Просидела на подоконнике в подъезде до самой ночи, а он так и не приехал.

— Если б помер, в новостях бы наверняка показали…

— Искра, — рычу с дрожащим подбородком.

— Ну что, — хихикает она и заезжает в мой двор, — веселю тебя, как могу.

— Мне… если честно, хочется удавиться.

— Придумала тоже, было бы из-за кого!.. — Искра смешно закатывает глаза. — Я тогда на всякий случай у тебя сегодня переночую…

— Только рада буду.

Наша дружба с этой странной девчонкой с фиолетовыми волосами развивается настолько стремительно, что я и подумать не успеваю. Мы много времени проводим вместе, часто друг у друга ночуем и делимся абсолютно всем.

После недолгих приготовлений ко сну Искра сразу же засыпает, а я недвижимо лежу в тишине. Как это часто бывает после концерта, в ушах еще слышится шум толпы, а ноги гудят от перенапряжения, но это все такая ерунда по сравнению с тем, какой апокалипсис творится у меня в груди…

Незаметно вытерев слезы ладонью, достаю телефон из-под подушки.

«Мне больно», — отправляю Аскерову обычное СМС.

Ощущение, что в пустоту кидаю.