Переводчица. Украденная репутация - Вера Вильсорова Страница 74

— Давайте пройдёмся ещё раз по всей истории, – я выдохнула и говорила медленнее, чем обычно – чтобы не выдать детали, которые известны мне как Рите из «Фогеля», но пока скрыты для Виолетты-журналистки, – кто-то выкрал перевод, который предназначался для конкурирующей компании "Твоё сердце". Бумаги в электронном виде подбросили вам… куда? На почту или они оказались прямо в компьютере, вы не сказали.

— Удивительно, но и там, и там! – удивлённо сказал Стахнович. – На почте и даже в самом компьютере был файл – прямо на рабочем столе! Словно я его скачал.

— Хорошо. Ворованные бумаги у вас на почте и в компьютере. Кто-то открывает документы и фотографирует всё таким образом, чтобы было видно: это ваше рабочее место и вот он – перевод.

— Всё верно, – кивнул он.

Золотарёв неотступно следовал рядом и всем видом показывал, как же он сочувствует другу и коллеге: сводил брови в нужный момент, цокал языком, пыхтел сам с собой от возмущения.

— Эти фото, – продолжала я, пытаясь не обращать на него внимания, – затем кто-то отправил в "Твоё сердце". Якобы, полюбуйтесь, что творится.

— Ну да, а потом этими новостями "обрадовали" моё руководство… Вчера вы застали меня в последний день в "Атэм". Как я и сказал, вы и ваше внезапное появление – просто подарок судьбы!..

— Затем, – я пропустила мимо ушей патетические речи Стахновича, – неделю назад, в понедельник, на горизонте появляется представитель бюро переводов, этот самый Вольфрам Брандт…

— Вальтер Брандт, я попрошу, – он поднял указательный палец. – Будьте аккуратнее.

— Вальтер так Вальтер, – я пожала плечами, – После этого вы с ним ещё виделись?

— О да! Чуть не забыл! Он приезжал в "Атэм" вчера.

— Когда именно и что он хотел узнать?

— Это было до обеда, точное время я не скажу.

— Хорошо, неважно. Зачем он явился?

— Он просил дать доступ к отделу кадров. Зачем – я не знаю, он сказал, что это только в моих интересах и что он перезвонит, как только что-то будет ясно. И ещё он просил сообщать, если… – Стахнович осёкся и поджал губы. – Ну, это уже неважно, это сугубо наши договорённости. Что вы посоветуете делать дальше? – деловито спросил Борис Сергеевич.

— Хм, – я уставилась в глубь зала, – думаю, что мне правда нужно поговорить с вашим неожиданным союзником. – Понимаете, быстрого решения ждать, наверное, не стоит.

— О, я понимаю! Вот, возьмите, – он достал бумажник из кармана джинсов и вытянул оттуда визитку.

— Что это? – я уставилась на знакомый мне номер, начинающийся на +49.

— Номер того самого Вальтера Брандта. Берите-берите, – он словно хотел поскорее избавиться от бумажки. – Свяжитесь с ним сегодня же. У вас есть ко мне ещё какие-то вопросы?

— Вы сами что-то предпринимали, пытались как-то разобраться?

— Конечно же нет! – испуганно ответил Стахнович. – Для этого есть более компетентные люди. А я положусь на судьбу…

Меня начало накрывать нехорошее чувство. Я обхватила себя руками и уставилась на Бориса Сергеевича. Только сейчас до меня дошло, что он просто хочет скинуть расследование на других и выжидать.

— Вопросов нет, прощаемся? – спросила я в раздражении. Ещё вчера, в неизвестности, он тушевался, прятал глаза, а сейчас такой расслабленный, довольный, что нашёл ещё один спасательный круг.

— Наверное, и правда пора, я всё рассказал, но, возможно, вы останетесь со мной как компаньонка? – он подал мне руку, но я не ответила взаимностью.