Когда небо обращается в пепел - Нин Горман,Матье Гибе Страница 78

— Эш, ты ни в чем не виноват, ты не несешь ответственности за все, что происходит в мире. Ты сам мне это вечно повторяешь.

Он смотрит мне в глаза, и я понимаю, что сейчас мои слова для него пустой звук.

— Еще как несу, Скай.

— Я так не думаю.

— Ты многого не знаешь, в противном случае ты бы так не говорила.

Эш не дает мне времени ответить – он наклоняется, чтобы меня поцеловать. Наши губы едва соприкасаются, не поцелуй – прощание. Но я и на это не рассчитывала. Одно хрупкое мгновение спустя мы разъединяемся, его пальцы медленно выскальзывают из моих.

— До свидания, Скай, – с мукой в голосе произносит он.

— Береги себя. И держи в курсе, что там с Элиасом, хорошо?

Он кивает – и уходит.

Я не знаю, когда он вернется и вернется ли вообще. Мне не хватило сил спросить его об этом, потому что я никогда не хотела ставить его перед выбором: Нью-Йорк или Блумингтон, жизнь с Сибилл или со мной. Но он мне нужен.

Сомнения, страх, что мы видимся в последний раз, сжимают сердце так крепко, что я не выдерживаю и начинаю плакать. Эш о чем-то говорит с сотрудником службы безопасности перед тем, как пройти через рамку, так что не видит, что со мной творится. Я вытираю слезы, которые без остановки льются из глаз, но, когда я поднимаю голову, Эш смотрит на меня. Смотрит своими огромными глазами, и до него наконец доходит, в каком я состоянии.

Сотрудник службы безопасности что-то ему растолковывает, но Эш его уже не слушает. Он роняет на пол куртку, которую снял, чтобы пройти досмотр, и бросается ко мне, едва не сшибая по пути других пассажиров.

Я робко делаю шаг ему навстречу, не зная, чего ждать.

А он резко обнимает меня, и я больше не сдерживаю слезы, и они катятся с утроенной силой. Эш целует меня так, как никогда не целовал раньше, и прижимает к себе так крепко, что еще чуть-чуть – и кажется, я в нем растворюсь. Я помню, что однажды он уже обнимал меня с такой страстью – в тот вечер, когда был зачат наш ребенок. Тогда у его поцелуев был вкус отчаяния.

Наконец Эш отстраняется, чтобы посмотреть на меня. Он гладит мое лицо пальцами, потом прижимается лбом к моему лбу.

— Скай, не нужно плакать из-за меня.

— Прости, это все гормоны, я стала слишком чувствительной.

— Я этого не стою, поняла?

— Еще как стоишь.

Он целует мои волосы и прижимает щекой к груди. Утыкается подбородком мне в макушку.

— Нет, не стою.

— Эш, ты не виноват, что Элиас сбежал. Прекрати себя за это казнить.

Он ничего не говорит и не отпускает меня, пока последних пассажиров не приглашают на посадку по громкой связи. Только тогда он отодвигается, снова утыкается лбом в мой лоб – перед тем как запечатлеть на нем поцелуй. И набирает полную грудь воздуха, словно перед прыжком в глубину.

— Послушай, Скай… На самом деле Элиас – мой сын, а не Зака.

– Флэшбек – Разными дорогами

I was so scared to face my fears […]

And I swear you moved overseas

That's what you said, when you left me[52].

When We Were Young, Andy Black & Juliet Simms

Зак сегодня странно себя ведет. Все утро был какой-то угрюмый и поникший. Но когда я попытался узнать, все ли в порядке, он только улыбнулся в ответ и сделал вид, что я зря беспокоюсь. А теперь еще в школьном туалете застрял и не выходит уже пятнадцать минут. Я не выдерживаю, захожу внутрь и направляюсь к кабинке, в которой он заперся.