Развод в 43. Отель для бывших жен - Виолетта Весна Страница 79

— Предмет включает отказ от расследования подписи, — сказала я. — Значит, вопрос относится к цене.

— Вера, — произнес Антон с усталой снисходительностью, — я предлагаю закрыть твою ошибку без публичного унижения. Ты оставила токен кому попало, провалила контроль, теперь изображаешь жертву. Получишь деньги, сохранишь квартиру и сможешь начать другой проект.

— А ты получишь отель после того, как не смог оставить мне запрет на профессию.

— Я получу актив, который еще можно спасти.

— Программа принесла положительный вклад. Восемнадцать номеров работают. Платежи идут.

— Потому что банк пока дает тебе играть в хозяйку.

Я почувствовала знакомое желание доказать ему каждый показатель. Вместо этого вернулась к вопросам.

— Почему покупатель создан четыре месяца назад?

— Проектная компания.

— Кто конечный выгодоприобретатель?

— Фонд раскроет банку в необходимом объеме.

— Вадим участвует?

— Мой брат участвует во многих проектах.

— В этом?

— Не обязан отвечать на домыслы.

Павел Сергеевич записывал ответы. Антон не признал контроль над «Север Менеджмент» и не отрицал участие Вадима. Это оставалось уклонением, а не признанием.

— Что будет с сотрудниками? — спросила я.

— Покупатель оценит штат после сделки, — ответил корпоративный юрист.

— В проекте нет сохранения рабочих мест даже на переходный период.

Антон пожал плечами.

— Ты сама говорила, что управляешь системой, а не благотворительностью. Эффективные останутся.

— Кто определит эффективность?

— Новый директор.

— Что будет с оплаченными программами и обычными бронями?

— Обязательства компании сохраняются.

— Тарифы и состав услуг можно изменить?

— В рамках договоров, — сказал юрист.

— Партнерские договоры с Надеждой и специалистами?

— Покупатель проведет ревизию.

Ни один ответ не обещал продолжить то, что уже работало. Антон предлагал мне считать закрытый личный риск достаточной ценой за неопределенность всех остальных.

— Почему удерживается миллион до конца года? — спросила я.

— Гарантия отсутствия скрытых обязательств, — ответил он.

— Требование на девять миллионов скрыли от меня вы, а гарантию предлагаете дать мне.

— Оно не было скрытым. Ты не контролировала документы.

— Тогда зачем покупать мой отказ от проверки подписи?

Антон снова передал ответ юристу. Тот назвал отказ стандартным условием окончательного урегулирования. В протоколе остался вопрос без предметного ответа.

— У меня встречное условие, — сказала я. — «Север Менеджмент» отзывает требование без продажи. Вы передаете реестр вывезенного оборудования и сведения о перенаправленных бронях. После этого мы отдельно обсуждаем взаимные претензии. Компания не продается.

Антон рассмеялся.

— То есть я должен подарить тебе девять миллионов и оставить бизнес?

— Если услуги оказаны, покажите их. Если нет, отказываться не от чего.

— Предложение окончательное. Через сутки его не будет.

— Тогда мой ответ — нет.

Юрист Антона уточнил, что я отказываюсь до истечения срока. Павел Сергеевич подтвердил: письменный ответ направим после встречи. Я не подписала даже отметку о рассмотрении проекта без замечаний; нотариус зафиксировал только завершение переговоров.

В коридоре Антон догнал меня без юристов.

— Ты думаешь, Корнеев останется, когда поймет, что отеля не будет?