Любовь Сурового - Валерия Ангелос Страница 82

Хотя бы какая-то поддержка посреди всего этого кошмара. Хотя бы один союзник.

— Рамиль, уже в курсе? — спрашивает Айдаров.

Грановский нервно улыбается.

— Нет, — протягивает. — Когда бы я успел ему рассказать?

— Не уверен, что стоит это рассказывать, Эдуард, — замечает генерал, выразительно глядя на своего босса.

Именно такое впечатление складывается. Будто этот генерал подчиняется Грановскому. Вероятно, так и есть.

— Что за дела? — спрашивает Каримов.

Обводит всех собравшихся здесь мужчин хмурым взглядом, а потом он останавливается на мне и даже как будто слегка застывает.

Я не вписываюсь.

И меньше всего хочу здесь находиться.

Каримов свою жену на яхту не взял. Однако Айдаров не готов отпускать меня ни на секунду. Благодаря ему я тут.

В компании убийцы. Или — убийц. Потому что совсем не похоже, будто тот скрывающийся с деньгами Феликс единственный преступник на борту.

Нет, вообще, многие мужчины взяли сюда своих жен. А супруга Каримова не поехала, потому что беременна и ей скоро рожать.

Но это все меня совсем не успокаивает.

Хотя думать о таком теперь бесполезно. Как и обвинять Айдарова. Просто чем больше времени проходит, тем сильнее закручивается клубок.

— Феликс здесь, — бросает Айдаров.

Каримов мрачнеет.

Заметно, что ему не надо объяснять про какого Феликса речь.

— Подожди, Самир, — начинает Грановский. — Мы не можем знать наверняка. Это все еще необходимо подтвердить. И вообще…

— Рамиль должен знать, — отрезает Айдаров. — Феликс и его часть денег тогда стащил.

— Да он много кого здесь поимел, но… — тянет Грановский с плохо скрываемым раздражением.

— Что за херня? — морщится Каримов. — Нет, я чувствовал, что такая гнида как Феликс еще всплывет. Только он что, совсем охуел?

— Нет, — вдруг доносится со стороны входа. — Просто отомстить решил.

В коридоре виднеется массивная фигура.

Одна секунда — человек шагает из тени на свет.

Вижу, как еще сильнее стискиваются челюсти Айдарова, когда он смотрит на того, кто присоединяется к разговору.

— А этот еще что здесь делает? — резко спрашивает Каримов. — Твои люди разучились дверь закрывать? Это не тот разговор, который должны слышать все подряд.

Мрачнеет хлеще прежнего.

— Прошу сохранять спокойствие, господа, — примирительным тоном заявляет Грановский. — Это я позвал его в кабину. Леон, пожалуйста, проходи. Теперь мы все в сборе.

Не похоже, будто этому Леону требуется приглашение.

Вид у него запоминающийся. Мягко говоря. На этой яхте очень разные люди собрались, но он выделяется среди всех.

Такую ослепительную улыбку не забыть.

Ослепительную — в прямом смысле. Зубы у него золотые. Все до единого. Поэтому стоит этому типу хоть немного оскалится — все сразу напоказ.

Вот и сейчас он слегка усмехается, глядя на Грановского.

— Так это правда? — спрашивает.

— Что — правда?

— Феликс хочет тебе отомстить, — отвечает Леон. — Ты на пару с Арсеном до смерти запытал его жену и дочь.

— Чего, бля? — рявкает Каримов.

Смотрит на Айдарова. И кажется, по его выражению лица все понимает без единого пояснения.

— Знаешь, Леон, тебе не следовало этого говорить, — цедит Грановский. — Я не для этого тебя сюда пригласил.

— Феликс наверняка сделал несколько пластических операций, — замечает Леон. — Но как бы он не скрывался, от меня еще никто не уходил.