Любовь Сурового - Валерия Ангелос Страница 83

Не могу отвести взгляд от этого странного человека.

Лицо у него обычное. Возможно, привлекательное. Однако эта его улыбка… что должно произойти, чтобы человек такое с собой сделал?

Не знаю. Лучше не знать, да.

Но на этой яхте именно Леон сейчас пугает сильнее всего. Исходит от него что-то такое темное, чего даже от своего супруга не чувствую. Что-то по-настоящему жуткое.

И я сама не замечаю, как подаюсь ближе к Самиру. Будто в безотчетном поиске защиты. А он замечает. В момент. Крепче обнимает меня за талию.

— Феликс пока подождет, — выдает Грановский. — Есть проблемы покруче. Нам нужно срочно перейти на ручное управление яхтой. И насколько я знаю по вашим досье, только три человека на борту способны на это. Медведь. Рамиль. И Леон.

— Этот уебок здесь ничем управлять не будет, — чеканит Каримов. — Только через мой труп.

— Это легко организовать, — невозмутимо бросает Леон с кривой ухмылкой.

Похоже, двое друг друга на дух не выносят. От них прямо фонит обоюдной неприязнью.

— Досье? — спрашивает Айдаров, поворачиваясь и прошивая Грановского немигающим взглядом. — Что за досье ты на всех нас собирал, Эдик?

57

Грановский нервно закашливается.

— Хм, я, пожалуй, не совсем правильно выразился, — начинает он и пробует оправдаться, однако чем больше говорит, тем сильнее себя закатывает.

В этом всем не разбираюсь.

Но даже я ему не верю.

Что говорить об остальных?

Взгляды мужчин показывают гораздо больше любых слов.

— Слушайте, ну да, кое-что я собирал, просто… копил информацию, — вдруг выпаливает Грановский, словно вспылив. — Это же не значит, что… да это ничего не значит. Как будто вы на меня ничего не собирали.

Не похоже, будто такие фразы улучшают его положение.

— Ладно, сейчас вообще не про меня речь, — нервно бросает он. — Нам надо решить, кто будет управлять яхтой. Если мы в самое ближайшее время не сможем переключиться на ручное управление, то… черт, я даже думать не хочу, что будет дальше.

А вот это кажется, срабатывает.

Генерал бегло повторяет ту самую информацию, которую прежде выдавал для Айдарова. Про отклонение от курса, про вероятные ошибки в системе и про то насколько сильно мы рискуем, когда яхта продолжает идти на автопилоте без корректировок.

— Медведь точно не может управлять? — спрашивает Грановский, снова обращаюсь к Айдарову. — Думаю, его кандидатура устроила бы практически всех присутствующих.

— Нет, — отрезает тот. — Не знаю, что у тебя за досье. Но по теме яхт в нем полная липа. Медведь никогда таким не занимался.

— Ладно, — кивает Грановский. — Тогда мы могли бы бросить жребий. Раз вас двое. Ну или… рулите по очереди.

Хозяин яхты нервно усмехается.

Каримов и Леон обмениваются мрачными взглядами. Молчание затягивается. И мне становится сильнее не по себе.

Что-то не так.

— Что? — не выдерживает Грановский, переводит взгляд с одного мужчины на другого и обратно. — В чем проблема?

— Не выйдет, — бросает Каримов.

Леон ограничивается кивком.

— Стоп, стоп, — взмахивает руками Грановский. — Я сейчас ничего не понял. Что значит — не выйдет?

Звенящая тишина служит ему ответом.

— Господа, я прекрасно знаю ту историю, когда вы оказались единственными выжившими на борту. Кто-то из вас точно умеет управлять яхтой. Подозреваю, вы оба. И если с Медведем у меня косяк вышел, то с вами…