Развод на двоих не делится - Виолетта Весна Страница 82

Валерия Игоревна деликатно закрыла свою папку. Звук был тихий, но ясный.

Алина взяла сумку.

Артем вдруг сказал:

— Али.

Она остановилась.

— Я правда любил тебя.

Вот теперь ударило.

Не потому, что она не верила.

Потому что верила.

И от этого их история становилась не проще, а тяжелее. Если бы он никогда не любил, можно было бы все объяснить ложью. А так приходилось признать: люди могут любить и все равно ранить, не видеть, предавать, превращать другого в привычку.

Алина смотрела на него и чувствовала, что сейчас нельзя отвечать чем-то красивым. Нельзя говорить: “И я тебя”. Нельзя говорить: “Поздно”. Оба варианта были слишком гладкими, слишком удобными для сцены.

Она сказала честно:

— Я знаю.

Он выдохнул. Едва заметно.

— И это не помогло, — добавила она.

Его лицо дрогнуло.

— Да.

— Мне жаль.

— Мне тоже.

Вот и все.

Никаких точек, которые сразу делают свободным.

Никакого красивого окончательного слова.

Только двое людей в юридической переговорной, которые наконец сказали одну правду, но не смогли построить на ней будущее.

Алина вышла первой.

В коридоре Валерия Игоревна догнала ее.

— Держитесь?

— Не знаю.

— Это допустимый ответ.

Они спустились вниз.

На улице было светло и ветрено. Марина сидела в кафе через дорогу у окна и, увидев Алину, тут же подняла обе руки с булочкой в одной и телефоном в другой. Выглядело так, будто она сдается полиции с выпечкой.

Алина неожиданно засмеялась.

Валерия Игоревна посмотрела туда же.

— Ваша группа поддержки?

— Да.

— Хорошая. Шумная, вероятно.

— Очень.

— Это лучше, чем никакая.

У кафе Марина вылетела наружу, даже не застегнув пальто.

— Ну?

Алина достала из папки свой экземпляр соглашения.

— Подписала.

Марина посмотрела на документы, потом на нее.

— Обнять или сначала накормить?

Алина подумала.

— Сначала обнять.

Марина обняла ее крепко. Слишком крепко. Пахла кофе, корицей и холодным воздухом.

Алина стояла в этих объятиях и не плакала.

Не потому, что не хотелось.

Просто слезы пока где-то задержались. Может, придут вечером. Может, завтра. Может, в магазине, когда она будет выбирать новую зубную щетку. Развод редко приходит одной большой волной. Чаще — мелкими, в самых дурацких местах.

В кафе Марина заказала ей суп.

— Я не хочу.

— Ты сегодня развелась. Суп — это минимальный фундамент цивилизации.

— Я еще официально не разведена. Документы дальше пойдут.

— Не порти мне формулировку.

Алина съела половину супа.

Потом открыла телефон.

Сообщений было много. Мама спрашивала, как все прошло. Ника прислала фото зеленого динозавра с бумажной табличкой “держись, начальница”. Миша написал: “Если что, стеклянный стол все еще свободен для ритуального уничтожения прошлого”. Глеб прислал одну строку: “Бюджет на новую жизнь не согласован, но держим”.

От Даниила ничего.

Алина смотрела на экран и вдруг поняла, что ждет.

Не требовательно.

Но ждет.

Это ее испугало.

Она сама открыла чат.

Написала:

«Подписала соглашение».

Долго смотрела.

Отправила.

Ответ пришел через несколько минут.

«Как вы?»

Не “поздравляю”. Не “наконец”. Не “теперь все”. Просто как вы.

Алина набрала: «Нормально».

Стерла.

Написала: «Пока непонятно».

Отправила.

Даниил:

«Понятно. Я в бюро до восьми. Если нужно просто молча посидеть за своим столом — приезжайте. Если нужно не видеть людей — не приезжайте».