Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1 - Ната Лакомка Страница 85

Сначала на столе появились закуски, к которым я уже привыкла – маринованные оливки, кубики сыра, толстые ломтики огурца и сельдерея, и новые, которые я ела только в итальянском ресторане – нежные сердцевинки артишоков в оливковом масле, тонкие ломтики розовой ветчины, и такие же ломтики поджаристого хлеба. К ним полагался зеленый соус – густой, свежий, ароматный. Мы с Ветрувией набросились на всё это великолепие, позабыв о том, что примерным девочкам объедаться некрасиво.

Не успели мы покончить с закусками, как маэстро подал великолепный рыбный суп – в меру горячий, сытный, с петрушкой и подковками мелко нарезанного сельдерея, с лёгким ароматом чеснока. У меня вспотел нос, Ветрувия была красная, как свёкла, но отказаться от такой вкуснотищи было невозможно.

Я уже решила, что с обедом покончено, как хозяин появился снова, притащив нам парочку чудесных зажаристых до хрустящей корочки цыплят, гарнированных нежными салатными листьями, политых уксусом и оливковым маслом.

Попробовав первый кусочек, я не удержалась и сказала:

– Маэстро Зино! Я согласна поставлять вам варенье бесплатно, лишь бы вы кормили меня вот так же вкусно хотя бы три раза в день!

– Ещё сладости, – напомнил хозяин «Чучолино», и было видно, что ему приятно слышать приятное о его готовке.

– Десерт у нас с собой, – сказала я, выставляя на стол банку черешневого варенья. – Дайте только сыру.

Когда хозяин умчался за сыром, Ветрувия зашептала, перегнувшись ко мне через стол:

– Апо! Ты что, решила соблазнить этого толстяка?!

– С чего ты взяла? – засмеялась я, очень довольная, что пока всё получается поплану.

По моему плану.

– Ты с ним кокетничаешь?! Да зачем он тебе? Посмотри на кого-нибудь из знатных господ!

– Труви, не говори глупостей. Я – честная вдова…

В это время вернулся маэстро Зино и принёс нам на тарелке порядочный кусок жёлтого сыру. Пока я учила Ветрувию есть сыр с вареньем, нам подали по чашечке цикория, и я окончательно уверилась, что даже в безнадёжной ситуации можно найти выход и наслаждаться жизнью.

Пока мы уплетали варенье, маэстро Зино вдруг выглянул в окно и свистнул. Тут же на пороге появился уже знакомый мне мальчуган Фалько и вопросительно приподнял брови, глядя на хозяина «Чучолино».

– Заходи, – позвал маэстро. – Здесь синьора Аполлинария Фиоре, которая отлупила синьора Занху. Она хочет с тобой поговорить.

Не успела я возразить, что никого и пальцем не тронула, как мальчишка уже стоял передо мной, глядя на меня тёмными, как оливки, насмешливыми глазами.

– Что нужно красивой синьоре? – спросил этот сопляк так развязно, что я с трудом удержалась, чтобы не дёрнуть его за волосы.

Я хотела сразу же перейти к делу, но тёмные глаза мальчишки словно невзначай скользнули с моего лица на стол, где стояли блюда с недоеденной едой, и когда Фалько снова посмотрел на меня, я спросила совсем не то, что собиралась:

– Сколько тебе лет?

– Одиннадцать, – ответил он.

– Ты сегодня ел, малыш?

– Я не малыш, – ответил он с таким достоинством, словно был герцогом Миланским. – Я – взрослый мужчина. Подождите семь лет, и я женюсь на вас.

Ветрувия прыснула, да и я не могла удержаться от смеха.

– Боюсь, через семь лет вы, синьор, найдете кого-нибудь помоложе, – сказала я и придвинула мальчишке стул. – Садись и поешь. А потом поговорим. У меня к тебе деловое предложение.