Я – твое сердце - Валентина Торкья Страница 87

Подхожу к дереву, начинаю вешать тандзаку.

И передумываю.

Кладу тандзаку обратно в карман и выхожу из общей комнаты.

На самой макушке дерева Танабата остается мое желание: «Хочу, чтобы Ирис не умерла».

А в кармане лежит еще одно: «Хочу сказать Бьянке, что люблю ее».

Сердце ХартСтоппера

30

Первое, о чем я думаю: К черту светлячков, к черту видео, к черту все.

Я спускаюсь в метро, и плевать, что сейчас июль и поезда полупустые, потому что все уехали из Милана на каникулы или в отпуск. Если ко мне посмеет приблизиться какой-нибудь грабитель или маньяк, я ему так вдарю, что он еще долго будет мучиться вопросом, почему просто не остался дома.

Второе, о чем я думаю: Я очень хочу домой. Я хочу сидеть в своей комнате на своей кровати и смотреть корейские дорамы с Кати. И еще хочу сидеть на берегу озера с Такэру.

Добравшись до нашей улицы, я, как обычно, долго лавирую между людьми, толпящимися на тротуаре. Очевидно, никто не уехал из Милана в отпуск. Все решили провести отпуск под окнами моего дома.

Я ловлю на себе озадаченные взгляды и только теперь понимаю, что у меня вся футболка в крови. В крови Мирта.

С тех пор как я бросила Мирта, Блю и его друзей, мое сердце не перестало биться. Оно по-прежнему колотится очень быстро. Потом притормаживает, потом снова бежит. Вслед за моими мыслями.

Я не знаю, что делать. В голове торнадо.

Я просто хочу оказаться дома, в своей комнате.

Дверь открывается. Из гостиной мне навстречу выходит папа.

— Где ты была? – спрашивает он сердитым и взволнованным голосом. – Уже так поздно! Я пытался дозвониться до тебя тысячу раз, но ты была недоступна.

Я выдыхаю и говорю:

— Я потеряла телефон. Поэтому не отвечала.

Папа переводит взгляд с моего лица на футболку. Она не только в пятнах крови. Она еще порвана в нескольких местах. На правой штанине джинсов тоже огромная дыра.

Из-за папиной спины выглядывает мама. Она, наверное, только что вернулась, на ней все еще форма стюардессы.

Так начинается конец света.

Час спустя мне удается укрыться в комнате.

Я не знала, что отвечать на их вопросы.

Я наврала, что взяла напрокат дурацкий самокат. Из тех, что носятся по городу, будто мы в фильме «Назад в будущее». Сказала, что упала. И прямо на стол, за которым какие-то парни пили пиво, спритц, вино и не знаю что еще. Поэтому у меня пятна на одежде.

Телефон, наверное, выпал из кармана, и я с испугу не сразу это заметила, а когда заметила, было поздно возвращаться. Его наверняка уже кто-то прикарманил.

Мне закатили страшный скандал.

Не из-за телефона и одежды, понятное дело. Совсем по другой причине.

Тебе только что сделали пересадку сердца. Ты должна осторожнее обращаться со своим телом. Тебе подарили новую жизнь. Ты должна больше любить себя. А о нас ты подумала? Мы чуть не умерли от страха. Никогда больше так не делай. Мы тебя любим. Ты выпила лекарства?

Не хватало только чего-нибудь типа «Твое тело – это храм». Вот тогда бы меня точно стошнило.

Но меня не стошнило. И я даже что-то говорила в ответ.

Я знаю. Я знаю. Спасибо. Я буду осторожнее. Простите. Я не хотела вас пугать. Не буду. Я тоже. Да.

Кстати, последний ответ – сущая правда. Я сегодня выпила все лекарства. И даже вовремя. Хотя всерьез подумываю послать все к черту.

Я не хлопаю дверью, когда захожу в комнату.