Ты ко мне вернешься, жена - Мария Кац Страница 9

Я слушаю её, и внутри всё сжимается. Она говорит то, о чём я боюсь признаться сама себе. Быть вещью, собственностью — это унизительно. Но быть ничем — это смертельно больно. Марат своим преследованием доказывает, что я для него что-то значу.

— Он предал, Юль, — тихо произношу я с дрожью в голосе. — Он обещал, что я важнее. А сам… Я не могу это простить.

— А кто говорит о прощении? — парирует она. — Я говорю о правде. Ты должна решить, готова ли ты всю жизнь прятаться от человека, для которого твой уход стал катастрофой, и готова ли ты растить его ребенка втайне от него. Это как хранить бомбу в шкафу. Она всё равно когда-нибудь рванет.

Она делает паузу, давая мне осмыслить её слова.

— Может, он и мудак, — резюмирует подруга, допивая свой латте, — но он твой мудак. И он явно не собирается с тобой расставаться. Подумай, Лесь. Не о нём. О себе. Что для тебя будет большей пыткой — его осада или вечное бегство?

Её слова повисают в воздухе. Какая-то часть меня соглашается с ней. Ребенок ни в чем не виноват. Тем более он так хотел его, ждал. Как бы я ни хотела прекратить все отношения с Маратом, я не должна быть эгоисткой и лишать ребенка отца.

Вторая же часть меня подсказывает, что Марат слишком сложный и упрямый мужчина. Он не привык сдаваться. Явно дал понять, что развод для него — поражение, проваленное задание. Он не станет слушать меня, не станет поддаваться на уговоры. Он будет действовать так, как умеет: давить, подавлять, убеждать.

От странных мыслей воздуха перестает хватать. Мне нужно пространство, чтобы дышать.

— Пойдём, — произношу, поднимаясь. — Мне нужно на воздух.

Мы расплачиваемся и выходим на улицу. Осенний теплый воздух касается кожи, и я жадно вдыхаю его, пытаясь очистить легкие и мысли от этой удушающей правды. Слова Юли звенят в ушах, смешиваясь с воспоминаниями о вчерашнем взгляде Марата.

Я провожаю подругу до остановки, а сама решаюсь ещё пройтись. Несмотря на глубокую осень, погода очень теплая. А мне нужно больше гулять.

— Леся! — знакомый голос заставляет обернуться. — Привет, ты как здесь?

Игорь, бывший напарник мужа. Человек, который был свидетелем на нашей свадьбе, который частый гость в нашем доме. Сейчас он стоит рядом со мной. Его профессиональный взгляд сканирует меня за секунду. Такой же я всегда наблюдала у Марата: цепкий, выверенный. Не зря говорят, отпечаток профессии накладывает своё. Он всё видит, всё считывает.

— Садись, подброшу.

Фраза звучит как предложение, но в его тоне слышится что-то другое. Приказ? Просьба от Марата? Я молча киваю и сажусь в салон. В машине пахнет дорогой кожей и его сигаретами, от которых неожиданный приступ тошноты подступает к горлу. Я приоткрываю окно, глотая свежий воздух.

— Как ты? — осторожно спрашивает Игорь, трогаясь с места.

— Прекрасно, — отвечаю, глядя в окно на мелькающие дома. — А у тебя как? Новые… бойцы не докучают?

Игорь тяжело вздыхает, бросая на меня короткий оценивающий взгляд.

— Лесь… Не надо так. Марат… — он замолкает, явно подбирая слова. — Он всегда был таким. Ещё на службе. Для него мир делится на своих, чужих и цели. Женщины… они как сменный ресурс. Ты… ты была другой. Он действительно странным образом был тобой одержим. Я думал, ты изменишь его.

Во рту пересыхает. Все знали. Все, кроме наивной дурочки Леси, которая поверила в сказку про любовь с первого взгляда и спасителя.