Бывшая майора Столярова - Виктория Рогозина Страница 9

— Тише… — прошептал он, заставляя её содрогнуться. — А то услышат.

Но ей было всё равно. Пальцы вцепились в его волосы, губы жадно искали его рот. Поцелуй был жёстким, властным, языки сплетались в бешеном ритме, а его ладонь резко рванула юбку вверх.

— Ты же этого хотела? — проворчал он, проводя пальцем по тонкому кружеву трусиков, уже промокшему от её возбуждения.

Она не успела ответить — с лёгким звоном лямка бретелка соскользнула с плеча, а его зубы впились в нежную грудь сквозь ткань блузки.

— Сними… — простонала она, но он лишь усмехнулся, одной рукой расстёгивая ремень.

— Нет времени.

Резкий толчок — и она вскрикнула, чувствуя, как он входит в неё с грубоватой нежностью. Стол дрожал, бумаги падали на пол, но он не останавливался, задавая бешеный темп, от которого у неё темнело в глазах.

— Так… хорошо… — вырвалось у неё между прерывистых вздохов.

Он наклонился ближе, губы снова слились в поцелуе, а пальцы впились в её кожу, оставляя следы.

— Ещё… — прошептала она. И он дал ей то, чего она хотела.

Виталий резко наклонился, вгрызаясь зубами в её плечо, чтобы заглушить собственный стон. Его движения стали хаотичными, глубокими, последние толчки — почти грубыми, пока волна удовольствия не накрыла его с головой. Он замер, прижимая Ингу к себе, чувствуя, как её тело дрожит в ответ.

Через пару секунд он отошёл, поправил ремень и с довольной усмешкой провёл пальцем по её раскрасневшейся щеке.

— Вечером продолжим… Ты ведь не против?

Инга едва переводила дыхание, но в её глазах уже блестел озорной огонёк. Медленно, нарочито соблазнительно, она сползла со стола, поправляя юбку, и провела ладонью по его груди.

— Жду… шеф.

Её ноги ещё дрожали, но походка была игривой — она знала, что он следит за каждым её движением. Дверь закрылась за ней с мягким щелчком, а Виталий, развалившись в кресле, с наслаждением потянулся.

«Чёрт, а ведь это только начало…»

Виталий стоял у окна, с привычной деловитой неторопливостью закуривая сигарету. Город за стеклом был как на ладони — прямые улицы, ровные крыши, и безупречная логика большого порядка. Так и должно быть. Всё на своём месте. Как и в его жизни.

Он не считал себя плохим мужем. В конце концов, он не бил Амину, не голодом морил. Деньги в дом приносил, сыну обеспечил будущее, даже машину подарил. Всё по уму. А то, что жена — холодная? Так это ведь её проблема. Он же пытался. Поначалу терпел, потом говорил напрямую, потом даже в клинику предлагал вместе сходить — мало ли, может, что с гормонами. Но она только отмахивалась, всё «устала», всё «настроения нет», «голова болит».

Виталий раздражённо выдохнул дым, глядя, как он тает в утреннем воздухе. Нет, он не оправдывался. Он просто… восстанавливал баланс. Справлял потребность, как перекусить в кафе, если дома забыли приготовить обед. Это не измена. Это — технический момент.

«Хороший левак укрепляет брак», — вспомнил он с усмешкой фразу друга, сказанную полушутя, но в ней была своя правда. С Ингой было легко: никаких разговоров, претензий, только дело. Амина же… стала чужой. Зашуганной, вечно напряжённой, как будто боится каждого слова. И винить в этом, как ни странно, она его же и будет. Женщины всегда так. Он-то знает.

Он затушил сигарету, подумал о звонке начальнику отдела продаж и тут же забыл — мысли всё равно возвращались к сегодняшнему ужину. Как Артём заступился за Амину. Как Вероника Павловна спрятала глаза. Как сама Амина глядела на него, будто не мужчина он, а… хищник. И почему-то это задело.