Холод татами - Женя Онегина Страница 91

— Я и есть старая кляча, Жданов, – прошипел я и немедленно пропустил тяжеленный джеб. Пошатнулся, мотнул головой, сплюнул вдруг ставшую вязкой слюну и поднял вверх руки, сдаваясь:

— Стоп!

Измайлов немедленно остановился и озабоченно спросил:

— Зубы целы?

— Целы, – ответил я. – Но сил больше нет.

— Макс! – рявкнул Артур.

— Оставь его, – вступился за меня Владик. – Он выдохся, не видишь?! Ему нужен отдых перед боем, Жданов! Иначе он перегорит! Нам всем нужен отдых!

Друг подошел ближе и окинул меня внимательным взглядом. Он был ниже меня почти на голову, но сейчас я ощутил себя мелким капризным мальчишкой.

— Макс? Что не так? – спросил Артур.

— Я загнался, – ответил честно. – И не вывожу.

— Не вывозишь? Нет? А я? Думаешь, я вывожу? – сквозь зубы процедил Артур. – У тебя три дня, понял? До вылета свободен!

Прямой в солнышко я заметил за мгновение до того, как тяжеленный кулак Жданова прилетел в мой пресс. Неуклюже попытался уйти в сторону и тут же согнулся, хватая ртом воздух.

— Артур! Ты что творишь! – завопил Влад.

Но тот даже не обернулся и быстрым шагом направился к машине.

Мне потребовалась пара минут, чтобы восстановить дыхание.

— Живой? – спросил Измайлов хмуро. – Это что еще за выкрутасы, Макс?

— Он психует. Как всегда, перед боем.

— И поэтому пытается покалечить тебя?

— Он пытается меня прикрыть.

— Высокие отношения, – хмыкнул Измайлов.

И я выдавил из себя улыбку.

Я ничуть не удивился, когда «Ауди» Жданова мы на парковке не обнаружили. Владик чертыхнулся и полез за телефоном, надеясь вызвать такси.

Глупая идея. Проще было дождаться рейсового автобуса. Но на нас были легкие спортивные костюмы, а с залива дул пронизывающий осенний ветер.

— Побежали? – обреченно спросил Влад.

Я кивнул.

Но не успели мы легкой рысцой преодолеть и пары километров, как рядом с нами остановился знакомый автомобиль.

— Мужики, до города подбросить? – весело спросил Артур.

Я усмехнулся и устроился на пассажирском сиденье. Измайлов же, не удостоив приятеля даже взглядом, продолжил бежать. Жданов тяжело вздохнул и крикнул ему в спину:

— Влад, извини! Это была глупая шутка.

Измайлов все-таки остановился и сел в машину. Но до города мы не проронили ни слова. Высадив Влада у клуба, Артур свернул к серпантинному спуску.

Когда мы ввалились в дом, уставшие и продрогшие, Ксюха была на кухне. Надеяться на что-то более существенное, чем индейка на пару, было глупо, но я все равно жадно потянул носом знакомый запах специй и поднял крышку сотейника.

— Паста? – уточнил я удивленно.

— Карбонара, – весело ответила Ксю и шепотом добавила: – Соизволение сверху получено. Жданов сам попросил.

— Грехи замаливает, – усмехнулся я.

— Ты там рот не разевай, – донеслось из гостиной. – Попробовал и хватит!

— У меня каникулы, – напомнил я. – Целых три дня.

— Да ладно! – Ксюха искренне удивилась. – Артур, скажи, тебе угрожают?

— Пытают, милая, – ответил подошедший Жданов и чмокнул жену в нос.

— Каждый день, – поддакнул я и рефлекторно потер грудину.

Артур в притворном ужасе поднял к потолку глаза.

После обеда, когда я помогал Ксю с посудой, она тихо спросила:

— Жданов психует?

— Еще как, – ответил я. – Но все будет хорошо. Владик только переживает с непривычки.

— А как Вера?

— Знаешь, мы почти не видимся, – признался я. – У нее ученики, у меня тренировки. Только звоним друг другу.