Сестра Солнца - Юдит Готье Страница 97

— В сущности, это правда: мне все равно, тем более что посланцам с дурным известием нельзя ждать хорошего приема.

— Где находится лагерь Иэясу?

— В получасе ходьбы отсюда.

— С какой стороны?

— Налево, на краю равнины, он расположен в лесу.

— Иэясу там?

— Да, он там.

— Есть пароль, чтобы проникнуть в лагерь?

— Есть, – сказал нерешительно посол.

— Ты его знаешь?

— Конечно, но я не должен его говорить.

— Ну так Иэясу не получит письма.

— Это правда. Вы твердо решились не отпускать нас?

— Совершенно твердо решились не делать вам никакого зла, если вы скажете правду, и убить вас, если вы нас обманете.

— Ну хорошо, вот пароль: Микава.

— Имя провинции, где княжит Иэясу, – сказал Нагато.

— Так точно. Кроме того, надо показать часовым три листика хризантемы, вырезанные на железной пластинке.

Говоривший вынул из-за пояса маленькую железную дощечку и подал ее принцу.

— Все ли это? – спросил Нагато. – Ты сказал правду?

— Клянусь в этом. Впрочем, наша жизнь в ваших руках и служит порукой за нашу искренность.

— В таком случае отдохните и дайте нам ваши шляпы и ваши соломенные плащи.

Гонцы повиновались, потом улеглись спать в углу.

— Ты пойдешь со мной, Райден, – сказал принц.

Матрос, польщенный этим выбором, стал прихорашиваться.

— А я? – сказал Лоо, надув губы.

— Ты останешься с Натой, – сказал принц. – Позже, может быть этой ночью, вы все мне понадобитесь.

Лоо отошел огорченный. Дождались вечера; затем принц и Райден, переодевшись, в свою очередь, крестьянами, направились в лагерь Иэясу. Матросы с беспокойством провожали своего вождя.

— Желаем тебе удачи в твоем предприятии! – кричали они ему.

— Да защитит тебя Мариситэн.

Дождь перестал, но ветер все еще бушевал; он со свистом пролетал по шелковистой траве, пригибая ее к земле. По светлому еще небу проносились темные тучи, то закрывая, то открывая тонкий серп луны. За равниной на горизонте виднелся лес.

— Не дашь ли мне каких-нибудь приказаний, господин? – спросил Райден, когда они совсем близко подошли к лесу.

— Замечай и запоминай все, что увидишь, – сказал принц. – Я хочу узнать, нельзя ли напасть на лагерь врага с какой-нибудь стороны. В таком случае я позову Харунагу, который еще находится в Сумиеси, и мы попробуем разбить Иэясу. Во всяком случае, мы постараемся разузнать кое-что из его планов.

Часовые уже заметили прибывших.

Они окликнули их:

— Кто идет?

— Гонцы! – отвечал Райден.

— Откуда?

— Из Осаки, от генерала Гашизуки.

— Знают ли они пароль?

— Микава! – крикнул матрос.

Один солдат подошел с фонарем. Тогда принц вынул из-за пояса железную дощечку, на которой были вырезаны листья хризантемы.

— Идите, – сказал солдат, – господин ждет вас с нетерпением.

Они вошли в лес. Несколько фонарей были прикреплены к деревьям и защищены от ветра двумя щитами; ступали по соломе, вынесенной из палатки беспрестанным хождением взад и вперед. На некотором расстоянии были расставлены солдаты с длинными копьями и колчанами за спиной; они стояли неподвижно. Из-за деревьев, в приоткрытых палатках, видны были другие солдаты, которые пили или спали. Далее взор терялся в непроглядном мраке.

Палатка Иэясу стояла посреди квадратной просеки, высеченной в виде комнаты. Она была завешена красной драпировкой, укрепленной на столбах; над палаткой развевалось большое знамя, раздуваемое ветром. Двое часовых стояли по обе стороны двери, проделанной в первой стене из ткани.