Лето в Российской империи - Дарья Кузнецова,Виктор Фламмер (Дашкевич),Игорь Евдокимов,Александра Лавалье,Тимур Суворкин,Дарья Эпштейн,Женя Гравис Страница 116

Через десять минут Аверин уже наспех, но с явным удовольствием поглощал ужин. Маргарита, пожелав удачной дороги, собрала свою сумку и ушла домой, качая головой. Служба хозяина ей определенно не нравилась.

Владимир ждал возле тренажерного зала. Никто не удивится взлету колдуна верхом на диве в этом месте, и есть где оставить машину на долгий срок. Можно было бы доехать до Управления, но сюда ближе. Да и не хотелось Аверину, чтобы с утра все сотрудники обсуждали, куда же это так срочно отбыл начальник.

— Напоминаю, держите щит по всему периметру. Ветер сегодня неровный, – предупредил Владимир. И, на этом решив, что инструктаж окончен, обернулся химерой и расправил крылья, чтобы колдуну было удобнее садиться.

— Как будто я в первый раз, – буркнул Аверин, устраиваясь между лопатками дива.

Он перевесил рюкзак со спины вперед, чтобы не мешать крыльям, привычно положил одну руку Владимиру на загривок, а второй выстроил щит. Не обычный купол или плоскость, а вытянутую каплю, обтекаемую, с мягкими краями. Проверил, как на нее ложится воздух, подправил угол.

Владимир коротко оттолкнулся, и колдун ощутил, как земля мягко уходит куда-то вниз.

На плечо, каркнув, уселась галка. Видимо, Кузя решил экономить силы.

Сначала всегда кажется, что это мир устремляется от тебя, а не ты взлетаешь. Дома, заборы, деревья – все сжалось и превратилось почти в плоскую картинку. Над Невой ветер несколько раз мощно ударил с боков, и див выровнял полет, покидая городскую черту.

Владимир летел вдоль дорог и лесополос, и мелькающий пейзаж почему-то действовал на нервы сильнее, чем высота.

«Укачивает?»

Колдун сделал несколько вдохов и выдохов, пожалев, что поужинал так плотно. Но выбора не было. Оставалось только стараться смотреть на серый загривок химеры, а не вниз.

Первые двадцать минут прошли легко. Аверин знал этот этап: тело еще бодрое, и поддерживать щит не составляет труда. Но позже тело начало стремительно затекать, отчаянно захотелось выпрямиться и пошевелить хотя бы плечами. Но колдун знал, что нельзя: любое лишнее движение нарушает аэродинамику полета.

Внизу тянулись леса, редкие огни поселков, темные полосы рек. Иногда попадались дороги, и по ним ползли маленькие светящиеся точки машин, такие крошечные, что казались игрушечными. Теперь колдун уже спокойно смотрел вниз – то ли привык, то ли ужин уже достаточно переварился.

Галка в какой-то момент соскользнула с плеча и умчалась вперед, за пределы видимости. Похоже, Кузе надоело плестись со скоростью химеры, несущей всадника.

Где-то через час Аверин понял, что почти не ощущает своих ног, и начал осторожно шевелить пальцами, чтобы хоть как-то восстановить кровообращение. И легкое покалывание в икрах позволило понять, что это маленькое упражнение дало результат. При полете, в отличие от езды на лошади, нельзя опустить ноги вниз, даже Владимир поджимал волчьи лапы к телу. И в эти самые лапы Аверин упирался коленями.

Владимир летел аккуратно и плавно. Иногда он чуть поворачивал голову, и колдун видел его синий глаз. Наверняка див ощущал дискомфорт хозяина и следил за его состоянием. Значит, все в порядке, даже если человеку на спине Владимира кажется, что он вот-вот рухнет вниз или что ноги по приземлении придется отрезать.