Лето в Российской империи - Дарья Кузнецова,Виктор Фламмер (Дашкевич),Игорь Евдокимов,Александра Лавалье,Тимур Суворкин,Дарья Эпштейн,Женя Гравис Страница 151

— Это не ваше дело, – холодно проговорил Аверин. – Начали говорить – продолжайте. Чистосердечное признание пойдет вам на пользу, впрочем, вы это и сами знаете.

— Знаю. – Колдун посмотрел на свою перевязанную руку. – Да и не вижу смысла запираться. Уверен, что у той русалки, – он махнул рукой в сторону палубы, – человеческий паспорт и судить меня будут за похищение, а не за браконьерство.

— И за браконьерство тоже. И за превышение служебных полномочий. Антти Раутиайнен и Микка Лехтинен поправятся и дадут показания, не сомневайтесь.

— Вот дурачье… – зло сквозь зубы проговорил Сергиенко. – И сами получили, и меня подставили. Нашли русалку, идиоты… Но я вам клянусь: к браконьерству и другим их делишкам я касательства не имею!

— А к чему имеете? И зачем вам русалка, если не для браконьерства? – спросил Аверин.

И внезапно вспомнил разговор колдуна с Мариной: «доставать со дна разные предметы».

— Дорога жизни… – ахнул он, и даже челюсти свело от отвращения. – Да есть ли для вас хоть что-то святое?!

— А что там святого?! – внезапно закричал Сергиенко. – Что? Богачи побрякушки свои вывозили. Ну да, еще серебро для фронта. Но кому оно сейчас нужно?! Лежит на дне, под слоем ила, водолазам не достать!

— А русалка, значит, достанет… И что вы собирались делать с этим, с позволения сказать, богатством? Скупщикам сдать?

— Нет, конечно. Я не стал бы брать много. Сделал бы вид, что клад нашел на берегу. Многие закапывали то, что с собой взять не могли. Оформил бы как положено, получил деньги. Я хотел спасти, по сути, эти сокровища! Ну кому от этого стало бы хуже?!

— Марине? Мужу ее? Сыну? Ах да, они же для вас не люди… А вы сам-то человек ли?

— А знаете, вы правы… может, и нет. Див служебный. Глава наш, граф Мельгунов, палец о палец не ударит. Всем занимаюсь я да Арканов. Но Тарас по бумагам больше. А если демона в лесу ловить, то Сергиенко. Русалку дохлую нашли, и надо тащиться за семь верст киселя хлебать – опять Сергиенко. Зато у Мельгуновых дворец настоящий на берегу Онеги. Да что графы! У купцов, что рыбой да лесом торгуют, особняки трехэтажные! А я наслужил на квартиру в центре, стыдно сказать, Петрозаводска!

Аверин усмехнулся:

— То есть всему виной банальная зависть?

Колдун впервые за весь разговор поднял голову. И взгляд его оказался растерянно-обиженным, как у ребенка, которого за столом обделили десертом.

— Да что вам-то знать о зависти? Я видел яхту Авериных, у императрицы небось беднее. А сколько их у вас? Десять?

— Три. И все принадлежат моему брату, который на них честно заработал. А я живу на Петроградке, в двухэтажном доме. Но мне надоела эта философия. Давайте вернемся к делу. Где и как вы нашли своих подручных?

Сергиенко скривился:

— Не подручные они мне. Так, шелупонь. Когда я понял, что мне нужна русалка, я поднял все текущие дела по браконьерам. Матушка Ефросинья говорила, что они ловят русалок и заставляют работать на себя. А значит, знают, где их искать. Вот я и нашел этих двоих. Они уверяли, что сами русалок не ловили, но видели много раз. Однако без колдуна русалку не взять.

Обоим грозили серьезные сроки: когда они уходили от рыбнадзора, бросили ребенка, а тот утонул. Я помог им немного. В итоге посадили их только за незаконный лов – плевое дело, тут половина карелов ни про какие лицензии слыхом не слыхивала. А как вышли, я велел им найти русалку, выследить, где она обитает, и доложить мне. Они и доложили, чтоб их. Откуда мне было знать, что эта русалка с паспортом и мужняя жена?