Однажды в Гарлеме - Колсон Уайтхед Страница 156

Мимо по улице прошагала женщина в блестящих красных шортах в облипку, и Перчик отвлекся; Карни, заметив это, перестал читать. Убирая письмо в пожелтевший конверт, он увидел сложенную бумажку. Листок был новый и явно не имел отношения к старому письму. На плотном белом канцелярском бланке было пять рядов цифр, отпечатанных на машинке. Карни протянул бланк Перчику.

Тот фыркнул.

— Что это?

— Судя по количеству цифр, номерные банковские счета, владелец такого счета известен ограниченному числу служащих банка, — сказал Перчик.

Карни снова взглянул на цифры.

— А вы откуда знаете?

— По-твоему, где я держу свои? — спросил Перчик.

Карни не понял, шутит он или нет.

Деньги на заграничных счетах. Отмывание? Уклонение от налогов? Поэтому они охотились за Фредди? Последним предметом в портфеле была бейсбольная карточка 1941 года с Джо Ди Маджо и Чарли Келлером. Но нелепо устраивать переполох из-за бейсбольной карточки.

Перчик и Карни убивали время в китайской забегаловке. Белые полоски бумаги в печеньях-гаданиях не предсказывали судьбу, не сообщали счастливые числа, а рекламировали страховую компанию «Юнайтед Лайф». Перчик оставил чрезмерные чаевые.

Они вернулись к пикапу. Карни перекрасил его кузов, но звуки, которые издавал «форд», когда заводили мотор, обнаруживали его возраст. Карни давно уже не торговал подержанной мебелью и чаще брал пикап для поездок к барыгам, которым сдавал старые монеты или часы. Учитывая, как идут дела и у него, и у Элизабет, они могли бы позволить себе новую машину, спортивную, но практичную, но Карни нравился пикап: он служил ему маскировкой. Да и передний диван был настолько просторный, что там помещались и дети, а Карни любил, когда вся семья вчетвером сидит рядом; если ему случалось резко затормозить, он выставлял вперед руку, чтобы дети не ушиблись.

— Еще бегает. — Перчик закрыл дверь.

— Добрый старый пикап, — сказал Карни и решил, что в конце лета купит новую машину, пока Мэй и Джон не выросли и им не стало тесно в пикапе. С этой мыслью он сосредоточился на предстоящем деле.

Когда они с Перчиком днем уходили из мебельного, Перчик поставил у ног металлическую коробочку для ланча. Теперь он открыл ее и достал два «кольта кобра».

— Эти обронили, — пояснил Перчик, оглядывая пистолеты.

Карни достал свой.

— От Майами Джо, — сказал он.

Он нашел пистолет под диваном через несколько месяцев после того, как Перчик у него в кабинете прикончил этого типа. И до этого дня пистолет лежал в нижнем ящике рабочего стола под экземпляром журнала «Эбони» с Линой Хорн на обложке.

Перчик не удивился.

— Ты умеешь им пользоваться?

Как-то раз — Карни тогда учился в старшей школе — отца не было дома, а крысы в их дворе пищали без умолку несколько часов кряду. Слушать это и не рехнуться было попросту невозможно. Карни знал, где отец хранит пистолет. На той полке в шкафу, где мать держала шляпные коробки, у Большого Майка стояла коробка с пулями и ножами и — как позже понял Карни — с самодельной удавкой. И пистолетом месяца. В тот день с крысами это был револьвер.38 калибра с коротким стволом; на ладони тринадцатилетнего Карни он лежал как большая черная жаба. Выстрел получился громкий. Неизвестно, попал ли Карни в кого-то из этих тварей, но они разбежались, а Карни потом еще долго боялся, что отец узнает, что он рылся в его вещах. Несколько месяцев спустя Карни открыл ту коробку, и в ней лежал уже другой пистолет.