Когда мы были непобедимы - Мария Орунья Страница 116

Учись. Работай. Пиши. Вставай на доску. Мечтай. Делай, говори, взрослей. Но теперь я уже не ребенок и сам должен знать, что мне делать и куда двигаться. Прямо как Холден, тот парень над пропастью по ржи.

[…]

“Лестница на небеса”. Неплохое название для книжного магазина. Длинновато, правда, зато с понятной отсылкой. Угадывался Ленин почерк. Дизайн был очень красивый, витрину оформили в зеленых тонах, как в старых французских книжных. Я зашел и словно перенесся в Париж “прекрасной эпохи”, но меня окружали современные издания, так что связь с реальностью не оборвалась.

Она прошла мимо с огромной коробкой в руках, даже не посмотрев в мою сторону. Но потом решила, что покупателей игнорировать нельзя, даже если их принесла нелегкая прямо перед закрытием.

— Добрый вечер! Подсказать вам что-нибудь?

Я посмотрел на нее. Как она изменилась. Теперь у нее снова каштановые волосы, а на носу снова очки, только теперь в тонкой металлической оправе. На ней были джинсы и свободная блузка. Мне показалось, она немного поправилась. Лена по-прежнему была из тех женщин, которых сначала не замечаешь, а со временем влюбляешься. Как она любезно со мной заговорила…

— Да… Мне нужна одна книга… Довольно старая, не знаю, есть ли у вас.

— Как называется?

Тут она подняла глаза, узнала меня и выжидающе замолчала. Я не отвел взгляд.

— Я ищу “Запретный возраст”. Есть у вас?

Она улыбнулась.

— Эта книга у меня всегда в наличии.

[…]

Мы пошли пить кофе. Я чувствовал себя скованно. Мне казалось, что старым друзьям неважно, что вы давно не виделись, даже если прошло целых двадцать лет. Что они встретятся, и сразу все будет как раньше. Но нет. Все оказалось совсем не как раньше, потому что Лена стала другой. Она многое пережила и свой жизненный путь строила осознанно. Она жила совсем не так, как я, сама решала, что ей делать, держала бразды жизни в собственных руках, не боялась рисковать.

— Замуж не вышла?

— Я была замужем, когда жила во Франции, в Бержераке. Но мы расстались.

— Понятно.

— А ты?

— Я тоже был женат, но развелся.

И повисла тягостная тишина, когда обоим нечего сказать.

— Как дела у книжного магазина?

— Пока неплохо, но я всего два года назад его открыла.

Опять молчание.

— Кстати… Я знаю, что ты теперь писатель.

— Правда? Но ведь на испанский мои книги не переводили.

— У нас в “Лестнице” есть и иностранная литература тоже.

— И мои книги?

Она кивнула. (Так она не теряла меня из виду!) Мы снова замолчали и стали смотреть в окно на прохожих.

— Что с тобой случилось? Почему ты не захотел тогда со мной разговаривать? – спросила она неожиданно.

— Не знаю. Я был зол на весь мир. Был трудный период.

Она снова кивнула. Эта новая Лена говорила гораздо меньше, чем прежняя. Мы еще немного поболтали. Про жизнь, про то, что успели сделать. Я с удивлением обнаружил, что мы словно только что познакомились. Два чужих человека, у которых нет ничего общего. Осталось лишь приятное воспоминание о том подростковом поцелуе на пляже. И о том лете, когда мы думали, что непобедимы, и прыгали в море с Белого Камня. Но прошло время, и мы осознали, что мир просто так не завоюешь.

Мы договорились обязательно еще раз встретиться, ведь я собрался провести в Суансесе все лето, работая над книгой. Я даже пригласил ее “заглянуть как-нибудь вечером” ко мне, но нет. Официального приглашения я из себя так и не выдавил, и Лена во дворец дель Амо не пришла.