Жены убийц и их тайная жизнь - Элизабет Арнотт Страница 129

— Немолодой, волосы седые. Скорее даже серебристые. Синие глаза. На Пола Ньюмана похож.

У Беверли чувство, будто под ее стулом разверзается твердь; процесс погружения в бездну замедлен, но неотвратим. На ум приходят чеки, которые она находила в карманах Роджера, а также корешки от билетов в кино.

— Случайно, не детектив Гривз? – осведомляется Элси, избегая смотреть на Беверли, чьи глаза округлились от страха. – Роджер Гривз?

— Точно. – Шэрон поднимает взгляд. – Этакий красавчик.

— Значит, фотоаппарат изъял у вас детектив Роджер Гривз?

— Ага. Уж две недели прошло. Сказал, надо его проверить, обещал вернуть. Потом еще мы с Хэнком отпечатки сдавали. Как же я замучилась пальцы отмывать от чернил!

Шэрон готова рассмеяться, но эмоция сходит на нет. Поочередно она глядит то на Элси, то на Марго, то на Беверли.

— Когда была убита Кейт Маккензи? – спрашивает Марго, ни к кому не обращаясь.

— Восемь дней назад, – отвечает Элси.

Обе они глазеют на Беверли.

— Что такое? В чем дело? – лепечет Шэрон.

— Ох, Шэрон, – Элси трет ладонью лоб. – Простите нас, если можете.

У Беверли в голове будто сирены воют.

— Да что происходит? – недоумевает Шэрон.

— Пожалуйста… – Элси трудно подбирать слова. – Это чудовищная ошибка. Поймите и простите нас. Не представляю, как мы могли…

Под мрачным взглядом хозяйки дома Элси отодвигает свой стул; Марго вскакивает, хватает кофейные чашки, ставит в раковину. Шэрон вертит головой. Беверли не в силах двинуться с места. Мысленно она вернулась в прошлое, и вот они, те, давние ощущения: жестокие спазмы в животе. Пять лет назад она тоже сразу поняла – еще прежде, чем увидела в окно первую красную вспышку полицейской мигалки, – что ее жизнь изменилась навек. Как и тогда, опора выбита у нее из-под ног, потому что чутье не подводит, чутье кричит об истине, пока разум складывает два и два. Не только Беверли – каждая женщина чувствует правду на глубинном уровне, а слова… слова приходят после. Отрицание – мощная стихия. Можно отмахнуться от сотни подсказок, но рано или поздно панцирь истины затвердеет, и она сделается неоспоримой. Беверли хочет встать – ноги не слушаются. Встать – значит признать истину. А истина в том, что Беверли вновь ошиблась в человеке, что сценарий повторился.

Глава 44

— Думаешь, Бев, он держит Инид где-то в доме? – шепчет Марго.

Они стоят перед домом Роджера Гривза. Марго вооружена бейсбольной битой – той самой, которую всегда возит под сиденьем.

Окна теперь кажутся пустыми глазницами. Ветки могучего дуба колеблет ветер. День сумрачный; душно, и тучи сулят грозу. Датский дог по кличке Принц рвется с поводка. Когда Марго решила взять его с собой, Беверли напомнила ей: Принц обнажает клыки разве только на белочек в парке.

— Зато у него устрашающий вид, – парировала Марго, загнала Принца на заднее сиденье «Бьюика» Элси и притулилась с ним рядом.

— А вдруг она уже мертвая? – спрашивает Элси. – Вдруг там и другие женщины? Вдруг мы найдем несколько мертвых тел?

Роджер не первый месяц – отрицать это невозможно – твердит об одном: ему нужно «мясистое дело», чтобы «зубы вонзить». Беверли отлично знала: он в ярости, что других продвигают по службе, а его обходят, а ведь именно он, сгорающий на работе, вместе с Корнвеллом поймавший Генри, вправе рассчитывать на карьерный взлет. Но Беверли и не снилось, что Роджеру надоест ждать случая, и, взбешенный, он сам начнет отнимать жизни, наметит в убийцы юношу, который еще только стоит на пороге взрослости.