Кровный омут - Наталия Лирон Страница 154

— На тебя, – вскинул глаза он, – на тебя, на отца. Думал, ну как можно было быть такими… – Кира замолчал.

— Придурками? – подсказала я, чуть улыбнувшись.

— Ну да, – он повел головой. – Думал, как вы могли попасть в аварию? Как? Папа же был хорошим водителем.

— Эх, коть…

— Не сюсюкай со мной, – он посмотрел на меня. – Мне не десять лет! И даже не четырнадцать!

— Почти шестнадцать, помню, – я тоже разозлилась. – И я все понимаю, Кира, понимаю, но я тоже живая, не только ты. Я стараюсь, я правда стараюсь. И прошу тебя…

Разговор вдруг пошел совсем не туда. Только что мы говорили совершенно спокойно, а тут эта странная вспышка.

— Я не знаю, что делать, – почти крикнул он, – не знаю! И ничего не понимаю! Я не знаю, кому верить, чему верить. Я тебя не знаю. Кто ты?!

— Ладно, ладно, прости.

Он был как раскаленный железный прут – не дотронуться.

— И… – он снова потер виски, – ты была в монастыре, думала, что я утонул, ты все мне рассказала, – он старался успокоиться, – но все равно. Тебя не было. Ты помнишь меня десятилетним. А я… тебя НЕ БЫЛО!

— Мне жаль, мне очень жаль, мой хороший, прости… – подхожу к нему, присаживаюсь рядом на корточки, – но сейчас мы вместе.

— Я не знаю тебя! Не знаю! – он смотрит на меня во все глаза. – Может, ты не настоящая? Может быть, ты… я не знаю, кто. Может быть, ты сама убила Тоню, а теперь мне все врешь?! Откуда я знаю?

Жар прошелся по позвоночнику ударной волной, я сжимаю челюсти и смотрю на него. Просто смотрю. Как больно. И он знает, что мне больно. Но ему больнее, он еще птенец, который не умеет справляться со своей болью, поэтому и не умеет беречь от нее других.

— Я очень тебя люблю, сынок, очень. И ты – Кирилл Перепелкин, а не Женя Иванищев. Я тебя родила, и ты мой сын. Мой, а не Тонин, – говорю спокойно и твердо.

— Тебя не было, не было!! Все эти годы – не было!

— Я же… тебе все рассказала, ты ведь уже знаешь…

Крупные слезы падали с его ресниц, он начал судорожно всхлипывать, задыхаясь:

— Мм-м… м-м-м…

— Тише… Ш-шш-ш…

— М-м-мам…

— Дыши, дыши, дыши.

Ледяной ужас в глазах.

— Мам… – он хватается за горло, – м-м-м… ды-ы-шать… м-а-м…

— Сейчас-сейчас-сейчас…

— Ну а что вы хотите, так бывает, – врач вышел из комнаты, когда все уколы были сделаны, а приступ купирован, – астма штука внезапная. Раньше не было? – молодой, но уже с залысинами, бледный и уставший, он смотрел на меня чуть отстраненно. – Стресс был у сына в последнее время? Ну, скажем, подготовка к экзаменам?

Следом за доктором вышла пожилая сутулая медсестра с огромным медицинским чемоданом.

— Э-э… да, был стресс, – я кивнула.

— Вот видите, слабенькое поколение, – доктор сказал это так, будто сам был глубоким стариком, – на все теперь реагируют. Что ж, рекомендации я выпишу, сходите к участковому. Или по ДМС, если есть. И к психотерапевту – если стресс хронический, то может повторяться. Ингалятор купите обязательно – поможет.

— Хорошо, спасибо.

Он подошел к двери:

— Ну, всего доброго, не болейте.

— Спасибо! – они вышли в парадную, и я закрыла дверь.

Потом тихо вернулась в комнату и засела с книжкой в соседнее кресло, пока Кира спал, смешно, по-детски подложив кулачок под щеку. Часа через два он проснулся, и я села рядом, легко провела ладонью здоровой руки по кудрявым волосам: