Смертельная боль - Андреас Грубер Страница 32

Снейдер открыл окно, высунулся на локтях, зажег самокрутку и скользнул взглядом по воде. Прохладный встречный ветерок ласкал его лысую голову. Он глубоко затянулся и закрыл глаза. По его мнению, вот как все произошло. Пожилая женщина ждала, пока…

…оба школьных класса соберутся в вестибюле. Тогда она сознательно создает хаос. Тем временем ее сообщник незаметно бежит в кабинет посла на втором этаже. Там он натыкается на начальника службы безопасности. Одолевает его и закалывает. Потом заставляет посла позвонить сотруднице в вестибюле и сообщить, что поступил звонок с угрозой взрыва, которого на самом деле не было. Затем он принуждает ее вручную активировать пожарную сигнализацию. Автоматически создается резервная копия всех данных, компьютеры завершают работу, и питание отключается. Одновременно он заставляет посла вырубить и аварийный генератор, после чего перестают работать камеры наблюдения. Затем он хладнокровно убивает ее.

В возникшем хаосе, пока все бегут к выходу, пожилая женщина поднимается наверх, в кабинет посла. Там ее ждет сообщник. Он уже раздел оба трупа и переоделся в форму начальника службы безопасности. Пожилая дама надевает одежду посла. Вместе они покидают здание, отворачиваясь от известной им камеры, и идут в переулок без каких-либо камер дорожного наблюдения, где припаркована их машина для побега.

Снейдер открыл глаза и выдохнул дым. На мгновение он действительно перенесся в посольство.

«В принципе блестящий план!»

Снейдер выбросил косяк в воду. «Так все и было». Без ответа оставались только три вопроса: кто эта пожилая дама? Кто ее сообщник? И какой у них мотив? Женщина была замаскирована, а его они видели лишь со спины на плохой видеозаписи с дорожной камеры. Однако свидетельских показаний было предостаточно. И сейчас протоколы этих показаний были разложены на кровати Снейдера рядом с фотографиями с места преступления.

Он рассортировал их на относительно пригодные, малопригодные, бесполезные и абсолютно противоречивые. Стопка с относительно пригодными показаниями была самой маленькой. На то имелось несколько причин. После прибытия первых двух патрульных машин никто еще не догадывался, что произошло двойное убийство. Соответственно, свидетели были недобросовестно допрошены о том, что случилось. К тому же все сразу. Прямо на улице. Чаще всего они стояли рядом, слушали показания друг друга, которые смешивались с их собственными воспоминаниями, и память заполняла существующие пробелы интерпретациями и ассоциациями. Классический пример того, как возникают коллективные ложные воспоминания. Вдобавок из протоколов становилось ясно, что полицейские — очевидно, необученные сотрудники — использовали наводящие вопросы, поскольку прибыли на место с предвзятым мнением — об угрозе взрыва, которая вызвала пожарную тревогу. И в результате правда была в очередной раз искажена.

Снейдер в ярости уставился на кровать. Большинство протоколов были бесполезны. Это расследование с таким же успехом мог провести какой-нибудь паршивый стажер полицейской академии. О дополнительном допросе, что произошло в период между отключением камер и убийством, можно было забыть. Никто больше не вспомнит ничего достоверного. Следы были заметены, а возможные преступники давно договорились между собой. «Просто блевануть хочется!»