Дом стыда - Лин Йоварт Страница 50

— Вас что-то еще беспокоит, Айрин?

Мать кивнула головой, как китайский болванчик.

— Можно с вами поговорить? Наедине?

Врач покосился на меня.

— Посиди в приемной.

Он проводил меня до выхода, проследил, чтобы я села, и закрыл дверь. Тина уставилась на меня. Миссис Лейн тоже. Она поставила чайную чашку прямо на верх своего живота, но вдруг охнула:

— Тина, мне, кажется, сейчас будет дурно.

Регистраторша вихрем вылетела из-за стойки с салфеткой для лица и тазиком наготове. Обнимая и утешая миссис Лейн, она повела ее в туалетную комнату.

Как только они свернули в коридор, я подкралась к двери кабинета доктора Ланкастера и приложила ухо к двери.

— …огромный груз с плеч, – как раз говорила мама. – Мне только нужно как-то пережить следующие две недели. Не знаю даже, как вас благодарить, доктор.

Я метнулась назад к стулу. Мама вышла из кабинета, не глядя в мою сторону и не говоря ни слова. Мне ничего не оставалось, как тащиться за ней и гадать, что она и доктор Ланкастер замышляют на мой счет.

Мэрилин

1961 год

— Ты что делаешь, глупая сучка?! Прекрати!

Вытянутые пальцы на левой руке Мэрилин лежали на мокрой простыне и молили о пощаде, не желая, чтобы их приносили в жертву. Пальцы другой руки, наоборот, кричали: «Это единственный выход!» – и крепче сжимали ручку.

Сестра Чэпмен бежала к ней, крича: «Стоп! Стоп!»

Правая рука Мэрилин быстро крутнула ручку. Левая сама собой соскочила с простыни.

Однако сестра Чэпмен бежала не к Мэрилин, а к одному из гладильных устройств, в котором, растопырив пальцы, морской звездой лежала еще одна рука, в то время как вторая тянулась к крышке. Не обращая внимания на крики, шмара схватилась за рукоять крышки и начала опускать ее.

Мэрилин завороженно наблюдала, как медсестра Чэпмен будто взлетела в воздух, оттолкнула Глорию Брауни от устройства, развернула к себе лицом и влепила ей пощечину. Обе застыли в немой позе с кипящей яростью в глазах. Рука сестры Чэпмен отпустила плечо Глории и схватила ее за запястье. «Дура, вот дура…» Сестра покачала головой и потащила Глорию к подножию лестницы, потом наверх – с глаз долой. Как и Нора, Глория Брауни всхлипывала и кричала, но рука у нее не побагровела и не пульсировала.

Мэрилин украдкой окинула подвал взглядом. Лица девушек говорили, что никто ничего не понял. Она чуть не засмеялась. Сообразили, что произошло с Норой-Сарой Тейлор, только Мэрилин и Глория Брауни.

* * *

Глория не вернулась в прачечную и не вышла ни к обеду, ни к чаю. Мэрилин не удивилась. Нора тоже не вернулась. С другой стороны, руку Глории не раздавило и не обожгло, так что вряд ли она лежала, как Нора, в мягкой больничной постели.

Позже вечером, отрыгнув таблетку, Мэрилин подождала, пока не перестанет орать сирена и не выключат свет, лежа под холодной простыней и пытаясь представить себе Нору, но кроме имени почему-то больше не могла вспомнить ее внешность.

Вот что с тобой делают в Хэрроуфорде – как только ты попадаешь сюда, у тебя отнимают индивидуальность и дают тебе пурпурные таблетки, чтобы превратить в тупое, медлительное животное.

Мэрилин настолько расстроила неудачная попытка Глории Брауни воспользоваться способом побега, придуманным Норой, что она забыла украсть нож во время вечернего чая. Проделывание дыры в изгороди придется отложить до завтра…