Смертельная боль - Андреас Грубер Страница 53

— Может быть, убийство из ревности или мести? — спросила Сабина.

— Я так не думаю. — Кора решительно покачала головой. — У этой уборщицы нет качеств, необходимых для того, чтобы хладнокровно войти в посольство и смотреть, как убивают ее подругу, не говоря уже о том, чтобы совершить убийство самой.

— А будь она способна на убийство, то сделала бы это не в посольстве, а дома, где возможны более простые варианты, — пробормотал Снейдер.

Пока барный пианист играл один старый хит за другим, от Фрэнка Синатры до Элвиса, они прокручивали разные теории, но ни одна в конечном итоге ни к чему не привела.

Наконец после третьего стакана Снейдер наклонился вперед.

— Самая многообещающая зацепка, которая у нас есть на данный момент, — вздохнул он, — это изогнутый клинок. Мы должны идти по этому следу. Он ключ к разгадке. — Снейдер встал, застегнул пиджак и перекинул пальто через руку. — Я прощаюсь на сегодня.

Сабина поднялась вслед за ним.

— Я тоже пойду спать.

— И я. Это был утомительный день. — Кора сунула несколько банкнотов под свой уже второй пустой бокал для коктейля и энергично вытолкнула себя из глубокого кожаного кресла.

Они вместе направились к лифтам, но Снейдер свернул, не доходя до них.

— Я поднимусь по лестнице, спокойной ночи.

Лифт приехал, Сабина и Кора вошли в кабину, и Кора нажала кнопку третьего этажа.

— Такой спортивный? Ради бога, только без меня. — Она зевнула и прикрыла рот рукой.

Но, прежде чем двери лифта закрылись, Сабина увидела, как Снейдер прошел мимо двери, ведущей на лестничную клетку, в сторону выхода и, надев пальто, покинул отель.

Глава 26

Бар «Грессхоппе»[13], расположенный недалеко от пристани для яхт рядом с исторической крепостью на мысе Акерснесет, имел снаружи непримечательную зеленую неоновую вывеску, логотип в виде кузнечика, узкую дверь и затемненные окна.

Снейдер сдал пальто в гардероб и осмотрелся. Действующие на нервы лазерные лучи рассекали помещение, а на видеостене крутился клип какой-то рок-группы. Вокруг бара слонялись странные типы в коже, при виде которых Снейдер скривился. Здесь почти не было никого старше тридцати. «Какая глупая идея — прийти сюда». Снейдер развернулся, собираясь направиться обратно к гардеробу, и столкнулся с мужчиной.

— Разве не видишь, куда я иду? — прорычал Снейдер по-немецки.

— Мне нравится твой юмор, — последовал ответ, тоже на немецком, хотя и с сильным норвежским акцентом. Голос принадлежал мужчине его возраста, высокому, подтянутому, с седыми волосами, в джинсах и свитере с высоким воротником. — Меня зовут Иоте, — сказал мужчина с улыбкой, — я знаю, это звучит старомодно, но в то время у меня не было возможности обсудить это с родителями. — Он протянул руку.

Снейдер пожал ее.

— Мартен.

Снейдер невольно почувствовал, что они были на одной волне.

Сидя в нише за чашкой ванильного чая и капучино, они проговорили полчаса, пока Иоте наконец не задал решающий вопрос:

— И кем ты работаешь?

Снейдер глубоко вздохнул, однако решил сказать правду:

— Я судебный психолог-криминалист в немецком БКА. Иоте не особо впечатлился.

— Ты здесь под прикрытием?

— В этом баре? — Снейдер улыбнулся. — Нет, частным образом.

И уже последовал следующий предсказуемый вопрос:

— Разве это не опасная работа?

Снейдер пожал плечами: