Убийство в Кьянти - Камилла Тринкьери Страница 54

— Только в хорошую погоду, – добавил Бруно, взглянув на Катю. – У нас нет машины, что, полагаю, очевидно.

Даниэль опустил голову, чтобы скрыть улыбку. Если у тебя есть девушка и ты живешь с родителями, машина превращается в спальню. В Венеции машины были разрешены только на Пьяццале Рома. Его друзья обычно целовались в гондолах. Однажды он попробовал это сделать, но качка вызвала у него морскую болезнь.

— Важная информация для тебя, диктофон. – Катя уставилась на Даниэля, поправляя топ так, чтобы еще сильнее обнажить грудь. – В воскресенье вечером машины там не было. Она появилась в понедельник, припаркованная за святилищем. Мне было холодно, и мы попытались открыть дверь. Не вышло. И ключей до вчерашнего вечера нигде не было. Как они туда попали – понятия не имею. Было холодно, а на мне почти ничего не было надето. – Она положила локти на стол. – Все записал?

Даниэль писал, опустив голову и молясь, чтобы не покраснеть. Конечно, он покраснел.

Катя рассмеялась.

Перилло встал. Он получил необходимую информацию и был сыт по горло Катей Паччини.

— Пошли, Даниэль. – Юноша закрыл блокнот, сунул ручку в карман и последовал за маршалом.

— А как же мы? – простонал Бруно.

Перилло вышел из комнаты, ничего не ответив.

Катя помахала пальцами, как двухлетка.

— Пока, диктофон. Смотри, чтобы батарейка не села.

Пока Даниэль закрывал дверь, он услышал, как Бруно сердито прошептал:

— Почему ты всегда ведешь себя как стерва?

— Потому что это весело, – был ответ Кати.

Карабинер остановил Перилло у выхода.

— Что нам делать с этими двумя?

— Пусть посидят еще немного, насладятся воздухом Сан-Джиминьяно.

На улице Даниэль спросил:

— Вы не думаете, что они как-то связаны с убийством?

— Они, конечно, глупые, но не настолько, чтобы убить человека, а через два дня кататься на его машине.

— Молодые совершают много глупостей, – заметил Даниэль тоном человека, давно переросшего эту стадию.

Перилло закурил, он явно ждал эту сигарету.

— Да. Я и сам совершал безумные поступки, но эти двое не разнесли нашей жертве лицо из дробовика.

— Почему вы так уверены?

— Я рос в неблагополучном районе. Приходилось держать ухо востро. После того как меня избили столько раз, что не сосчитать, у меня появился зуд в пальцах при каждой встрече с плохими парнями. Эти двое не плохие, просто глупые.

«Странно», – подумал Даниэль, не зная, стоит ли верить, что пальцы маршала могли служить детектором зла.

Перилло заметил его сомнения.

— Ладно, дам тебе причину поконкретнее. Убийца явно обшарил карманы жертвы. И нет ни единого шанса, что этот влюбленный болван или его кошмарная подружка оставили бы дорогие часы и браслет.

Даниэль потер шею, будто это могло скрыть подступающую красноту.

— И что теперь?

— Нужно вызвать эвакуатор, отвезти машину во Флоренцию. Может, нам повезет и криминалисты откопают что-то полезное до прихода Деда Мороза. Чемодан заберем с собой, он должен рассказать нам больше о жертве. И отвезем этих двоих домой. – Перилло сделал долгую затяжку. – Девица на тебя глаз положила.

Даниэль пнул камешек. Он знал, что она просто хотела позлить Бруно.

— Розальба, а теперь Катя. Ты умеешь нравиться женщинам. Наслаждайся этим.

Наслаждаться было нечем. Он не был с девушкой с тех пор, как переехал в казармы в Греве.