Черная Бетти - Уолтер Мосли Страница 61

— Это Изи Роулинз, Руди, – представила меня Гвен. – Он приехал по делу Бетти.

— Приятно познакомиться.

Руди – молодой человек, мексиканец и ковбой – кивнул и уставился на меня. Я готов был держать пари, что он тоже обменивался поцелуйчиками с Гвен где-нибудь в тени деревьев авокадо и слышал, как ее голос заворковал, произнося мое имя. По тому, как он смотрел на меня, я понял, что приобрел в этом мире еще одного врага.

— Нам надо ехать, – обратился я к Гвен.

Она озадаченно посмотрела на нас обоих и забралась в машину. Я включил мотор. Руди остался посреди дороги. Кобыла немного задергалась. Он удерживал ее на месте.

Я рванул машину немного вперед. От этого рывка Красавица подняла передние копыта. Руди пришпорил ей бока и сильно натянул поводья. Она вернулась на свое место.

— Руди! – крикнула Гвен из окна машины. – Подай назад! Дай проехать!

Как раз в этот момент меня за левым ухом укусил комар. Я зарычал и включил заднюю передачу, не добавляя газу. Машина рванулась назад, разбрызгивая песок и камешки на ноги кобылы. Та отпрянула в сторону и поскакала по одной из аллей. Шагах в двадцати от дороги Руди удалось ее остановить, но он не успел повернуть ее, прежде чем я переключился на переднюю передачу и наддал газу, обдав его облаком пыли.

— Что это на него нашло, – удивилась Гвен, стараясь разглядеть Руди сквозь заднее стекло.

Примерно через милю плантации авокадо сменились лимонными. И здесь рабочие-мигранты собирали плоды, лазая по деревьям под палящими лучами солнца за нищенскую почасовую плату.

Еще через пятнадцать минут машина выехала на дорогу с твердым покрытием.

Дом Кейнов выглядел очень мило. Светлое здание перламутрового цвета в окружении желтых роз. Точнее, золотистых.

Я припарковался на подъездной дорожке, пораженный красотой и уединением, что можно приобрести за деньги. Дорога вилась полукругом через сад и снова вывела нас к океану.

Гвен не разрешила помогать ей доставать велосипед из багажника, а поднатужилась и сделала это сама. При этом она вполне могла поцарапать машину или содрать краску, но я промолчал.

Почему-то я думал, что она поведет меня в дом через заднюю дверь, но мы вошли через парадную. Гвен шла впереди, указывая дорогу, потом толкнула коленом дверь, та растворилась.

— Я приехала с мистером Роулинзом, – объявила она, когда мы вошли. И жестом велела мне идти через арку с левой стороны. А сама пошла в другую сторону, растворив двери в большую комнату. Там я увидел Артура Хоукса в желтой рубашке свободного покроя, серых шортах-бермудах и соломенных сандалиях. Он вскинул голову, я мельком взглянул на него, пока двери не закрылись. Потом они качнулись еще раз, и я еще раз мельком увидел Артура. Он по-прежнему смотрел в мою сторону.

Я остался один в холле. Стены здесь были увешаны картинами с изображением океана. Океан в лучах заходящего солнца. Океан при свете луны. Злополучный фрегат в пучине бушующих волн.

Я все еще ощущал во рту вкус солоноватых губ Гвен. За стенами дома ревел океан. Все это, вместе взятое, действовало на меня возбуждающе. И поцелуй, и царящая здесь роскошь, и рокот волн. Все будило желание в моем сердце.

И я тут же забыл о зароке не забывать о простых житейских радостях.

Сара Кейн восседала на огромном розовом диване в комнате за сводчатой дверью. Рядом на столике стояла бутылка джина «Джилби». Возле нее валялись скомканные денежные купюры. Наверное, она выгребла их со дна своей сумочки.