Грандиозная игра - Дженнифер Линн Барнс Страница 62

— Ты умеешь держать меч, – подметил Грэйсон, глядя на Лиру так, будто она сумела его удивить, а Его Высочеству не то чтобы очень нравилось это чувство.

— У меня мама – писательница. И иногда у нее в книжках герои бьются не на жизнь, а на смерть. Порой приходится прорабатывать сцены сражений, – пояснила Лира.

— Вижу, вы с ней… близки, – произнес Грэйсон не то чтобы мягко, но как-то нежно и вдумчиво.

А еще через секунду, словно опомнившись, он повернулся и сделал жест – разумеется, самый что ни на есть галантный, – в сторону двери. Лира впервые обратила внимание, до чего же старомодный у него смокинг. Точно он явился из другой эры, как и сам его владелец.

— После вас, – сказал Грэйсон.

— Нет уж, – Лира сделала пробный взмах мечом, – после вас.

Глава 35

Джиджи

— «Черви» ухитрились разгадать всю головоломку, – сказал Нокс.

В его голос просочился псевдоюжный акцент, и Джиджи невольно задумалась: уж не переименовать ли его из Ворчуна-в-Труселях в Ворчуна-в-Панталонах, а то как будто бы она его недооценила.

— А у нас пока есть только нож, – продолжил Нокс, сощурившись.

— Который я великодушно вам показала, – уточнила девушка. – Заметка на полях: если вдруг начну целиться острым краешком в твою сторону, мистер Негатив, ты сильно не переживай, ладно?

— Еще есть ножны, – уточнил Брэди, вертя их в руках. Именно он попросил у Джиджи чехол от ножа. И она отдала – не только чтобы позлить Нокса, но и потому, что Брэди вызывал у нее доверие, что бы ни говорила Саванна у нее в голове.

Брэди погладил ножны.

— Тринадцать.

— Ты посчитал царапины на коже, – заключила Джиджи и протянула руку за ножнами. Брэди тут же вернул их хозяйке, не медля и не жалуясь.

«Видишь?» – мысленно спросила Джиджи у этой незримой Саванны.

— Ну какой надежный, – шепотом произнес Нокс. Потом резко повернулся к Джиджи. – А хочешь, покажу, в чем главное различие между мной и Брэди? Коротенечко.

— «Коротенечко»? Это ты меня так назвал? Тогда тебе надо поучиться придумывать прозвища, – съязвила Джиджи.

— Различие в том, – понизив голос, сказал Брэди Ноксу, – что я любил ее.

Калла! Интуиция Джиджи просто вопила о том, что дело принимает скверный оборот.

— Монетки в пятнадцать центов! – воскликнула она, чтобы только отвлечь сокомандников. – Три штуки! Что же они значат?

Вопрос неплохой, но отвлек он всех ненадолго.

— Шесть лет прошло, Брэди, – голос Нокса напомнил скрежет наждачной бумаги. Акцент совершенно испарился.

— И без тебя знаю, – Брэди снял очки и принялся протирать стекла краем рубашки. – Я уже давал тебе второй шанс, – напомнил он, вернув очки на переносицу, – в прошлом году.

— Так, может, ты…

— Монетки, – перебил Брэди Нокса и повернулся к Джиджи. – Три штуки.

Джиджи приняла волевое решение встать между ними и в профилактических целях отвлечь их еще разок.

— Что делает тебя счастливым?

— А? – У Нокса было такое лицо, будто ему в нос только что попало молоко и он пытается это скрыть. Ноздри раздулись, глаза округлились – недобрый знак.

— В чем залог твоего счастья? – упорствовала Джиджи. – Если помнишь, отвлекающие маневры – моя сильная сторона. Мозг не умеет сохранять нейтралитет. Так что, если застреваешь в круговороте всяких там предвзятостей и застаревших идей, надо брать быка за рога и вышвыривать хомячка из колеса.