Секреты мертвых - Хизер Критчлоу Страница 75

— Но нам нужно официальное соглашение, которое оформлено надлежащим образом. Это может обернуться сущим кошмаром. – Брайони понижает голос, пытаясь найти причину, которая, она уверена, кроется в нем.

Альтернатива не устраивает общину: тропа, заблокированная Дунканом, – часть истории этой деревни. Не говоря уже о том, что это место, усеянное россыпью вереска и орхидей, невероятно красиво само по себе. Но дело уже не только в перекрытой тропе. Брайони это осознает. Ее диалог с Дунканом обратился в настоящее состязание.

— Эта тропа имеет особое значение, – говорит она. – Сельчане воспринимают перемену как предательство.

Вокруг нее раздаются одобрительные возгласы.

— Предательство? Вот, значит, как они думают? – кричит Дункан.

Брайони приподнимает подбородок и с вызовом отвечает:

— Да. Предательство.

— Иногда у некоторых поступков и действий имеются веские основания. И хорошо, когда находится место доверию.

— Доверие должно быть обоюдным.

В комнате воцаряется тишина, только сильный дождь барабанит по световым люкам в кухне.

— Хорошо. – Дункан ставит на пол чашку с чаем, к которому почти не притронулся. – Вы изложили вашу позицию очень четко и внятно. Я обсужу ее со своим управляющим, и тогда мы еще раз встретимся. Благодарю за уделенное время.

Встреча прошла не так хорошо и гладко, как все надеялись. После ухода помещика в клубе повисает неловкое молчание. Брайони вновь отступает в сторону. Стыд внутри нее борется с пренебрежением.

Через несколько минут она уходит, попрощавшись с сельчанами. На улице буйствует сильный ветер, а ей только через тридцать минут забирать детей из школы. Шон уже учится в полную смену. Домой идти нет смысла, и Брайони решает прогуляться по берегу.

Она направляется к дальнему концу бухты, где камнями отмечено начало тропы, огибающей мыс. Брайони как-то гуляла там раньше и нашла в замшелых пещерах фуксии: их темно-розовые лепестки резко выделялись на фоне сырых каменных стен и блеклых папоротников.

Натягивая на голову капюшон, Брайони шагает вперед. Под напором ветра она низко склоняет голову и глядит, как ноги перебирают камни. Из-за шума ветра и волн она не слышит его голос. Поэтому, когда Дункан хватает ее за руку и разворачивает к себе, Брайони чуть не падает. Ему приходится поддержать ее, хотя его лицо пышет яростью.

— Почему ты мне не сказала? – кричит он.

— Я понятия не имела, что земля твоя. И ты это знаешь. – По щекам Брайони текут слезы.

Дункан от раздражения фыркает:

— Не смей реветь, черт тебя дери. Я не выношу, когда ты плачешь.

— Я не плачу.

Она резко разворачивается, чтобы спрятаться в убежище мыса, но Дункан следует за ней по пятам. И Брайони осознает, что ей этого хочется.

— Я управляю поместьем так, как могу. И, по-моему, очень неплохо.

Брайони разрывают на части противоречивые чувства к Дункану, она ускоряет шаг, но то и дело поскальзывается на мокрых камнях.

— Тогда позволь людям гулять там, где им хочется. Они имеют на это право. Что тебе мешает?

— Люди. Я не желаю видеть людей.

— Ты же видишься со мной. Каждую неделю, – возражает Брайони, развернувшись лицом к Дункану. – Ты никогда не говорил, что не хочешь видеть там меня.

— Тебя я хочу видеть.

— Почему? Я же тоже человек.

— Это другое. И ты это знаешь.