Дневник убитой женщины - Алексей Макеев,Николай Леонов Страница 81

— С этим я завтра постараюсь разобраться. Покопаюсь в прошлом санатория и в романах Марии Костиной.

— Ну хорошо. — Шишкин написал на втором листе слова «Парус» и «прошлое». — Получается, что Олег Костин в этом случае ни при чем? Просто поругался с сестрой из-за наследства или там разборок своих семейных, напал на нее и на нервах покончил с собой?

Лев покачал согласно головой:

— Начало было из-за наследства, настоящая причина их ссоры — семейный конфликт. Олег в семье — паршивая овца. В глазах родных — неудачник. Особенно на фоне успешной сестры, которая сделала карьеру. Еще и косвенный убийца отца, алкоголик, безработный, сидящий на шее у матери. Это же не сегодня выяснилось, мать и сестра повторяли ему это каждый день много лет подряд. И Олег сам поверил, что он ничтожество, недостойное жизни. Так что его смерть — логичное завершение многолетней травли со стороны близких людей. Но Евгения не захотела раздувать скандал дальше, может, из жалости, а может, просто из лени.

— Тогда получается, что убийство организовала Евгения Костина! Нападение на главного врача было для отвода глаз! — Шишкин отчаянно желал немедленно найти убийцу и доказательства, чтобы уже закрыть расследование в санатории. — И брата спровоцировала, чтобы тоже отвести от себя подозрения.

— Ну если это было так, то Евгения — очень тонкий психолог и манипулятор. Столько всего пришлось ей предугадать, — заметил Лев.

— Сложно, как все сложно! — возмутился его юный напарник. — Где же все-таки правда?

— Убийца — соперник достойный, — заметил Гуров. — И кстати, есть еще третий сценарий того, что происходит в «Парусе». — Лев написал на третьем листе слово «Хвоя». — По соседству три года назад начал работу велнес-отель «Хвоя клаб». Современный, красивый, я бы даже сказал, крутой. Денег туда вложено немало, а вот клиентов почему-то нет. Не знаю почему, я не бизнесмен.

— Да слышал я про него! — воскликнул Роман. — Владелец, Сладков, должен всему поселку! На работу всех звал, обещал миллионы, а потом всех кинул. И сделать с ним ничего не могут. Конечно, к нему не едут отдыхать, там же цены заоблачные. Одни сутки стоят как моя зарплата за месяц. Теперь еще и работать некому.

Парень вдруг задумался.

— Так он что же, из зависти устроил это… Типа, конкурента потопить? — изумился Шишкин. — Нет, конечно, про него в поселке и раньше чего только не говорили: что обманщик, что «Парус» ненавидит и всякие гадости делает. Даже в газете районной взятку дал журналисту, чтобы тот статью написал скандальную про массовые отравления в старом санатории. Мне мама рассказывала — да все в районе об этом болтали. Но так это же глупо! В дом отдыха едут из разных городов, они нашу газету, что ли, читают. Ничего и не изменилось от этих подлянок. В «Парусе» есть гости, а в «Хвое» — нет. И что, значит, он даже до такого дошел? Стал гостей в санатории убивать? Ну дела… — Шишкин постучал карандашом по бумаге. — А как же здесь с доказательствами?

— Косвенные, — парировал его вопрос опытный опер. — Я точно знаю, что Сладков не так давно был рядом с «Парусом», он оставил следы в лесу. И еще вот это лекарство. — Он продемонстрировал фотографию пузырька в своем телефоне. — Это препарат «Монолекс», я проверил. — Полковник предъявил распечатанный лист, ради которого ездил в районный центр. — Его получали всего три организации. И одна из них — «Хвоя клаб». А вот «Паруса» в этом списке нет, хотя именно «Монолекс» был найден сегодня утром в кабинете главного врача после нападения неизвестного.