Последнее убежище - Клеменс Мишальон Страница 91

По утрам мы с Энни выбирались в городок за рогаликами и кофе на вынос, а Габриэль работал. Он едва выкроил свободное время для свадьбы и медового месяца. Всю неделю, пока мы отдыхали в Спринг-Лейк, Говард редактировал первую часть своей новой рукописи и требовал, чтобы Габриэль постоянно оставался на связи.

И все равно мы были все вместе, втроем. Отдыхали на берегу океана.

Никогда раньше я не видела пляжей. На Кони-Айленд не наведывалась – меня не особо привлекали аттракционы, да и далековато. То не хватало времени, то денег. Держаться на воде мы с Габриэлем умели – заставили себя посещать общественный бассейн, брали уроки плавания для взрослых и даже овладели не слишком уверенным брассом.

Ко времени приезда в Спринг-Лейк Габриэль получил кое-какой опыт в Кабо-Верде. Рассказывал мне об океане, о первом погружении в воду, не воняющую хлоркой. Честное слово, я даже начала чувствовать себя обделенной.

В первый день с купаньем у нас не сложилось. Долго ехали, дважды пропустили нужный поворот, потом распаковали чемоданы и отправились в магазинчик.

— Ну что, пойдем на пляж? – предложила я, сгорая от нетерпения.

— Ну, если хочешь остаться сегодня без ужина… – ответил Габриэль.

После еды, когда они легли спать, я решила немного прогуляться. Было тихо и темно – типичнейший пригород.

Никогда в жизни не встречала таких прекрасных газонов перед домами, как у жителей Спринг-Лейк.

Улицы я бороздила в гордом одиночестве – тишину нарушало лишь шлепанье моих тапок по тротуару. Я пересекла маленький парк, прошла по мостику, повернула направо и через несколько футов встала как вкопанная.

Океан!

Я медленно приблизилась к кромке воды. Скинула шлепанцы и ступила босыми ногами на песок, призывно заскрипевший между пальцами и податливо провалившийся под пяткой.

Я чувствовала себя единственным человеком на земле! Одна на темном пляже, где луна светит лишь для меня… Океан был спокоен; на берег с негромким шелестом набегали ленивые волны. Я позволила воде лизнуть ступни и невольно подогнула пальцы ног. Забрела чуть глубже, по колено.

Отходящая от берега волна внезапно потянула меня за собой. Такой мирный, гладкий океан – и не скажешь, что может унести. Я быстро отступила и выбралась на песок.

И все же уходить не собиралась, не для того пришла.

Как же хотелось насладиться, ни о чем не думая! Поплавать, провести целый день на пляже, наблюдая за волнами и чайками. Подремать на солнышке, почитать книжку, и пусть песчинки застрянут между страниц…

На следующее утро я была в полной готовности и, едва дождавшись, когда Габриэль закончит разговор с Говардом, выпалила:

— Пойдем купаться?

— Да, вперед! – отозвалась Энни.

Мы вытащили из подвала три складных пляжных кресла и, закинув их за спину, добрались до пляжа.

— Можно устроиться здесь, – указала Энни на свободный пятачок рядом с вышкой спасателей.

Мы притащили с собой кучу барахла – вещи, книжки, телефоны. Уйти купаться и оставить все на берегу было боязно.

— Идите сначала вы, – махнула я Энни и Габриэлю, – а я посторожу вещи.

— Вряд ли здесь нам следует за них волноваться, Фрида, – улыбнулась Энни.

Теоретически она была права. Я видела, какие люди живут в Спринг-Лейк. Не требовалось серьезных исследований, чтобы вынести вердикт: бедняков в этом месте всего двое – мы с Габриэлем. Во всяком случае я, потому что статус брата изменился после женитьбы на Энни. Какое имущество ни оставь без присмотра, вряд ли кто в Спринг-Лейк на него позарится.