Дом стыда - Лин Йоварт Страница 96

Потом… она выдала мне табличку с именем и фамилией, чтобы пришпилить ее к «форме», и велела постоянно ее носить.

В тот момент, когда я приколола табличку с именем к шершавому серому платью, Джейн Элизабет Макэвой прекратила свое существование. Вместо нее появилась четырнадцатилетняя малолетка, запертая в Хэрроуфорд-Холле в сотнях километров от дома, шмара по имени Мэрилин Дженевив Поллард.

Элеонора

1973 год

Не успел Ожье положить трубку, как телефон снова зазвонил. Стажер подскочил от неожиданности и ответил на звонок.

— Да, здесь, сэр.

Он протянул трубку Элеоноре и одними губами произнес: «Коттер».

Прекрасно!

Голос суперинтенданта вспорол тишину, как раскат грома:

— Какого черта ты прохлаждаешься в номере мотеля? Я послал тебя раскрывать убийство, но нет, ты не в состоянии этого сделать, а теперь у нас на руках еще одно чертово убийство! Придется докладывать комиссару[9] о двух мокрых делах. Женщинам ничего невозможно поручить. Пойди и узнай, что, черт побери, произошло, и арестуй уже кого-нибудь. Желательно убийцу, если ты не против, Смит. Потому что на данный момент ты, похоже, собираешься завалить свое первое серьезное расследование, а это плохо отразится на характеристике в твоем личном деле.

— Сэр, мы даже пока не знаем, убийство ли это…

— Вы там с ума сошли? Конечно, это чертово убийство! – Хрюкнув, он приказал: – Дайте трубку Ожье.

Боже, как она ненавидела Коттера! Он был ходячим примером стереотипного представления о том, что начальник должен быть деспотом.

— Ага… ага… – повторял Ожье. – Понял, босс. То есть сэр. – Повесив трубку, он сказал: – Разбушевался. Говорит, если к концу завтрашнего дня не добудем солидные улики, отзовет нас назад в Балларат. – Стажер заглянул в блокнот. – И еще…

— Хотите – угадаю? Коттер назначит на расследование мужчину?

Ожье почесал в затылке.

— Да.

Элеонора сделала большой глоток вина.

— При всем том Монтагью могла умереть от сердечного приступа.

Ожье склонил голову набок.

— Клэр сказала, что ее, возможно, отравили, босс. Почти сто процентов отравили – ужас на лице, пена на губах и все такое… Ее нашла дома соседка.

— Вы могли бы сообщить этот факт еще до того, как связать меня с Коттером.

На лице стажера обозначилось покаяние, но детектив еще не закончила.

— Вы хотите, чтобы меня… нас сняли с расследования?

Ожье отрицательно покачал головой.

— Тогда в следующий раз, когда у вас появится какая-то информация, докладывайте ее мне полностью. Договорились?

Делая пометки в блокноте, он потянулся за пивом. Элеонора подала ему знак остановиться.

— Не пейте. Мы отправляемся на осмотр места преступления, и вы поведете машину.

* * *

— Нехилый домик, а, босс? – сказал Ожье. – Интересно, сколько платили заведующей такого приюта, как Хэрроуфорд?

Элеонора пожала плечами, медленно расхаживая по комнате.

— Судя по всему, намного больше, чем вам или мне. – Она остановилась перед отполированным обеденным столом. – Странно! – Детектив повернулась к стажеру. – На столе лежат калькулятор и ручка, но больше ничего нет.

— Почему странно?

— Посмотрите вокруг, Ожье. Всё в этом доме, кроме тела Монтагью, находится там, где и должно быть. За исключением этих двух предметов. Это наводит на мысль, что картина неполна. В ней чего-то не хватает.