Изменитель - Олег Шишкин Страница 103

Соколов вынул из саквояжа фотографию, снятую в Валенсии, на которой он был снят в момент, когда заходил во внутренний двор отеля «Метрополь».

— Вот, возьми. Это от Блэкстона, – протянул он снимок Балтасару.

Испанец положил фото в нагрудный карман.

— Для тебя я теперь просто Александр, мой верный товарищ Балтасар! – продолжал Соколов. – Я надеюсь, ты поймешь мой поступок. Товарищ Сталин, которому мы с тобой так беззаветно верили, оказался не тем человеком, каким мы его представляли. Я знаю, что мой вызов в Москву – это приговор, и не только мне, но и моей семье. Располагая возможностями, о которых ты прекрасно знаешь, я прочел сугубо секретное послание центра, адресованное не мне, а тем, кто за мной приехал. В документе судьба моя выглядела печально. Как только я вступил бы на борт советского парохода, два негодяя, которых ты видел с Семеновым, вооруженные молотками, должны были бы на моих глазах расколошматить головы моей жене и дочери. И только потом прикончить и меня. Заранее зная это, я решил, что сам в этот кровавый омут не поведу ни себя, ни семью. Я решил уйти и унести с собой Бога детей, которого ты тогда и увидел в моих руках, мой верный Балтасар.

— Индейский фетиш…

— Не только фетиш, но и ключ ко многому, что знать не дано… Я не знаю, во что ты веришь, Балтасар. А я сейчас готов поверить хоть в черта! Если он спасет мою семью и меня. Со Сталиным мы расстались навсегда.

— На что же вы надеетесь? Ведь они все равно найдут вас и убьют! – печально сказал Балтасар.

Соколов посмотрел на него с прищуром и произнес:

— На что я надеюсь? Я надеюсь теперь только на свою чекистскую смекалку и на него. На Бога детей. Потому что мы все… все дети… с последней надеждой на жизнь! – Соколов сжал Изменитель в руке. – Он меня действительно спас. До отправления корабля, уходящего в Новый Свет, остаются считаные минуты, и потому я оставляю тебе вещицу.

— Мне? – удивился Балтасар. – А что это?

— Это путь к спасению – тебе фетиш будет теперь нужнее, чем нам. Пусть он спасет и тебя, если сможет. Прислушайся к нему. По крайней мере, ты будешь знать все как есть. В это порой не хочется верить, но что поделаешь… Придется.

Говоря все это, Соколов по привычке краем глаза наблюдал за тем, что происходит на пирсе. Вдруг он заметил целую группу индейцев.

— Кто эти люди, капрал? – спросил Соколов у французского полицейского, который шел мимо.

— Делегация индейцев Мексики принимала участие во Всемирной выставке и теперь возвращается в Санта-Крус.

Соколову показалось, что среди них есть и тот самый индеец.

— Что-то случилось? – поинтересовался Балтасар.

— Возможно, нет, а возможно, и случится.

Как только он это сказал, из толпы провожающих на пирсе, отделенных от причала с трапом лишь деревянным ограждением, вырвалась женщина и побежала прямо на Соколова.

— Держите его, это советский шпион, это убийца! – кричала она.

Соколов побелел. Он увидел, как с борта корабля за ним с ужасом наблюдают пассажиры.

За женщиной ринулись французские пограничники и таможенники во главе с капралом. Подбежав к растерявшемуся Соколову, они схватили не его, а женщину.

Офицер сделал извиняющийся знак Соколову и показал на женщину:

— Ради бога, извините, она сумасшедшая! На всех бросается! Паранойя. Уже не первый раз такое.