Кайкейи - Вайшнави Патель Страница 127

Я покачала головой.

— Не знаю, отмечен он или тут что-то еще.

Дашаратх стал водить своей широкой ладонью по моему животу, выписывая узоры.

— Что-то еще?

— Думаю… – Я закусила губу. – Думаю, в нем может быть частичка бога.

Дашаратх рассмеялся от неожиданности.

— Что?

— Может быть, когда Агни приходил к нам…

Я замялась, боясь, как бы его не оскорбило такое предположение.

— Ты думаешь, что какая-то его частица воплотилась в Раме?

— Не знаю. Но что-то такое в нем есть. Я это чувствую.

Теплая ладонь мужа замерла у меня на животе. Тепло было приятным, при всем моем равнодушии к его желанию.

— Откуда ты столько знаешь обо всем этом?

— В детстве любила читать истории о богах.

Это была не совсем ложь.

Дашаратх наморщил лоб.

— Не все ли равно, кто Рама? Отмечен ли он богами или сам частично бог?

«Нет, – хотела я сказать. – Нет. Быть отмеченным богами – это проклятие».

Но… это была неправда. Я ведь прекрасно устроила свою жизнь, обойдясь без благосклонности богов. Нашла силу в самой себе и научилась ею пользоваться.

«Нет, – хотела сказать я. – Нет. Быть богом – это благословение».

Но… это тоже была неправда. Бхарата, мой сын из плоти и крови, сын женщины, оставленной богами, будет править Косалой.

— Да, – сказала я. – Это неважно.

— Ты слишком волнуешься из-за его дара, – сказал Дашаратх. – Если так хочешь о чем-то побеспокоиться, тебя ждет гора докладов.

Это меня рассмешило. А Дашаратх добавил:

— Уверен, дворцовые слуги соскучились по тебе. И, конечно, лошади в конюшне – эти просто истосковались. И вообще, почему ты все еще здесь? Ты должна работать всю ночь.

Я лежала, пригвожденная к месту его ладонью, счастливая и безмятежная, не делая даже притворной попытки выполнить его приказ. Мы лежали рядом, счастливые. Я уверена, что уснула все еще с улыбкой на лице.

Через несколько недель после нашего возвращения я зашла к сыновьям перед их утренними занятиями, и меня чуть не сбила с ног четверка, мчавшаяся по коридору.

— Стойте! – окликнула я. – Куда это вы так спешите?

Рама обернулся.

— Мы не хотим опоздать! Мудрец Вамадева сказал, что сегодня у нас особенный урок.

— Особенный урок? – переспросила я. – Никогда не видела, чтобы вы этому так радовались.

— Это сюрприз, – сказал Шатругна. – Но Рама говорит, это будет что-то необыкновенное.

Теперь стало понятнее: радостное волнение Рамы оказалось заразительным.

— Может, и мне стоит пойти посмотреть на этот невероятный урок, – сказала я полушутя. Мне уже скоро нужно было присутствовать на заседании Мантри Паришада.

Однако лицо Рамы просияло, и он схватил меня за руку.

— Да! Ма, ты должна пойти!

Я побрела за ними, не в силах сдержать улыбку. Пожалуй, можно посидеть с ними несколько минут.

Перед комнатой для занятий мальчики усмирили свою резвость, вошли в дверь и склонили головы перед пожилым мужчиной, облаченным в жесткие одежды отшельника, – мудрецом Вамадевой. Я тоже кивнула.

— Меня пригласил сын, – пояснила я.

Мудрец Вамадева отрывисто кивнул и больше не замечал моего присутствия. Мальчики расположились на полу за четырьмя низенькими столиками, а я прислонилась к стене в дальнем конце комнаты. Мудрец Вамадева сказал:

— Как вы уже знаете, мальчики, сегодняшний урок будет не таким, как всегда. Я пригласил некоторых выдающихся людей нашего города, чтобы они поговорили с вами и высказали свои мысли по тем вопросам, которые мы обсуждаем на уроках. Почему это так важно?