Тайна поместья Эбберли - Анна Свирская Страница 152

Он смотрел в одну точку перед собой и сидел неподвижно, только левая рука время от времени подрагивала. Потом он вдруг согнулся и уронил лицо в ладони. Его плечи тряслись, как будто от рыданий. Но потом Айрис поняла, что он смеётся.

Когда Руперт наконец выпрямился, на его губах была длинная, узкая улыбка, счастливая и мучительная одновременно. Как будто он изо всех сил старался спрятать её и не мог.

Айрис стало неловко, как будто она подглядела за чем-то личным или сама сделала что-то, что хотела бы скрыть ото всех.

Она отвернулась и посмотрела на раскрытый журнал со списком книг, на стопку уже готовых карточек с ровными строчками напечатанного на машинке текста.

А что, если не рассказывать Годдарду, что она знает об этой истории, а написать? Так могло получиться яснее и доходчивее. Когда она говорила, то получалось путано. В мыслях Айрис представляла, что будет эффектно излагать свои выводы, как детектив из романа Агаты Кристи, а на деле всё выходило сбивчиво и неубедительно.

Айрис положила перед собой листок бумаги, но никак не могла решить, с чего начать. С самого начала? Или, наоборот, лучше идти назад от событий двадцать восьмого августа 1958 года?

Она долго мучилась, подбирая слова. И то, что в этой же комнате находился Руперт Вентворт, порядком мешало. Айрис попыталась представить, что она находится в читальном зале библиотеки колледжа. Там сосед мог сидеть в пяти-шести футах от тебя, и это не сбивало с мыслей.

Несколько раз Айрис касалась кончиком ручки листа, но останавливалась, думая, что начинает не с того или же пишет слишком очевидные вещи.

В итоге она написала следующее:

Настоящее имя мальчика, которого усыновили Вентворты, – Энтони Хьюз. Энтони Хьюз родился 22 февраля 1939 года в Стратфордской больнице. Пропал без вести в Лондоне 27 марта 1941 года.

Дэвид Вентворт родился 22 февраля 1939 года в Стратфордской больнице.

Айрис держала ручку над листом, готовясь написать следующее предложение, но потом поняла, что ничего больше не нужно.

Годдард поймёт. Пусть сам сделает выводы, самостоятельно. Так сработает лучше.

* * *

Годдард беседовал с Дэвидом недолго, минут пятнадцать, а потом пригласил Руперта.

Когда тот шёл к кабинету, его пошатывало – сильнее, чем когда-либо раньше.

Дэвид проводил его ничего не выражающим взглядом. Айрис даже не была уверена, что он понимал, на что смотрит.

Она быстро сложила свою записку вчетверо, сунула в карман юбки и встала.

— Дэвид… – неуверенно позвала она.

Она не рассказывала ему про Тони Хьюза, про один и тот же день рождения, потому что хотела найти ещё какие-нибудь факты, чтобы её история не выглядела полной фантазией, но сейчас наступил тот самый момент, когда нужно было рассказать, пусть даже чего-то и не хватает.

— Дэвид… – неуверенно позвала Айрис и тут же засомневалась. Она даст ему ложную надежду, а доказать всё равно ничего не сможет.

Дэвид глядел на неё пару секунд, как будто не узнавая и не понимая, кто заговорил с ним.

— То, что произошло… – у Айрис перехватило дыхание, и она не смогла договорить. – Я думаю, что всё выяснится. Это какая-то ошибка.

— Я просто не могу в это поверить, – с трудом выговорил Дэвид, точно каждое слово отдавалось болью. – Потому что если это правда, то я…

Он резко замолчал, когда из-за двери кабинета раздался грохот, а потом громкий крик.