Дом у кладбища - Марико Коикэ Страница 154

Теппей шумно ввалился в гостиную.

«Эй, это может стать опасным, так что вам лучше отойти!»

Он с силой ударил молотком по стеклянной двери, ведущей на балкон, и Куки завыла.

Нанеся один-единственный удар, Теппей с гримасой отбросил молоток в сторону и начал махать рукой вверх-вниз. Очевидно, от ударов у него онемела рука. Его лицо было искажено болью, но он схватил ближайший барный стул за мягкое сиденье и начал колотить в окно.

Деревянные ножки барного стула вскоре начали раскалываться от многократных ударов о, казалось бы, неразрушимое стекло, и вскоре все три ножки отломились одна за другой. Теппей отшвырнул сломанный табурет в угол комнаты и с выражением свирепого раздражения на лице взял хрустальную пепельницу. Не потрудившись вытрясти содержимое, он со всей силы швырнул его в окно. Столкнувшись с окном, пепельница издала приглушенный стук, а затем, не причинив стеклу вреда, отскочила обратно в комнату. Пепел от сигарет разлетелся во все стороны, а сама пепельница покатилась по полу.

«С таким же успехом это окно могло быть сделано из резины, – восхитился Теппей, когда остановился перевести дыхание. – Все просто отскакивает рикошетом. Как это вообще возможно?»

«Теппей, остановись! Не мог бы ты, пожалуйста, просто остановиться на минутку? – взмолилась Мисао. – Нам нужно сесть и решить, что делать».

Тацудзи сидел на диване в ступоре, уставившись невидящими глазами в противоположную стену. Мисао наклонилась и подхватила Тамао на руки, затем отвернулась от окна. Куки продолжала безостановочно выть, и жалобный звук эхом разносился по безмолвной квартире.

«Который сейчас час?» – спросил Теппей. Его руки безвольно повисли по бокам, как будто у него наконец закончились силы.

«Уже почти десять, – ответила Мисао. – Грузовик будет здесь с минуты на минуту».

«Я думаю, они – наша последняя надежда, – сказал Теппей. – Может быть, есть шанс, что они каким-то образом смогут открыть дверь нижнего этажа снаружи. И даже если они не смогут этого сделать, они, вероятно, попытаются позвонить нам и выяснить, что происходит».

«Но здесь нет телефонной связи».

«Ну, если они попытаются дозвониться до нас и не дозвонятся, это должно вызвать у них еще больше подозрений, тебе не кажется?»

«Да, хотя с такой же вероятностью они могли бы предположить, что мы какие-то безответственные легкомысленные люди, которые уже съехали в другой день и не потрудились отменить встречу. В таком случае…»

«В любом случае нам просто нужно дождаться, пока сюда прибудут перевозчики, – перебил Теппей. Его горло завибрировало, когда он сделал глубокий вдох. – Мы больше ничего не можем сделать».

Тамао неподвижно лежала на руках Мисао, ее раскрасневшееся лицо было прижато к влажной от пота шее матери. Она начала всхлипывать, и пока Мисао гладила вздымающуюся спину Тамао, она ломала голову, не сказать ли что-нибудь утешительное, но ничего не вышло.

Наоми примостилась рядом с Тацудзи на диване.

«Дорогой? – спросила она срывающимся тоном. – Что ты видел внизу? Расскажи мне, что ты видел!»

Тацудзи перевел взгляд, медленно двигая глазами, которые теперь напоминали две бездонные ямы.

«Отпечатки ладоней», – сказал он, рассеянно глядя на жену.

«Хм? Что?»

«Отпечатки рук – следы, оставленные руками людей. Стеклянная дверь была покрыта всеми этими липкими на вид отпечатками рук, и прямо на наших глазах добавлялись новые. Казалось, вокруг никого не было, но дверь была совершенно белой с этими отпечатками рук, как будто ее закрасили. Снаружи ничего не было видно, и отпечатки рук просто множились».