Когда молчат гетеры - Алексей Небоходов Страница 186

Ордин слушал, не перебивая. Пальцы его неторопливо постукивали по подлокотнику — не от нетерпения, а в каком-то своём ритме.

— Действует топорно, — продолжила Софья. — Слишком явно. Оставляет следы. Терняев их уже обнаружил. В больнице нашли шприц с остатками спецпрепарата, который применяют только наши спецотделы.

Ордин медленно кивнул. По губам скользнула улыбка.

— Отлично, — произнёс он. — Георгий Максимилианович завершит своими руками оставшуюся работу. Сам себе роет яму. Поэтично.

— Поэтично? — переспросила Софья.

— В определённом смысле, — Ордин отмахнулся от темы. — Хотя Ольга Литарина нам понадобится. Её надо уберечь, если согласится сотрудничать.

— Она исчезла, — заметила Софья. — Мои люди проверяли коммуналку сегодня утром. Соседи сказали, что не ночевала дома. На работе тоже не появлялась.

— Я знаю, где она, — небрежно обронил Григорий. — Позаботился об этом вчера.

В комнате повисла тишина.

Инкуб поднялся и подошёл к окну. Отодвинул штору, впуская холодный свет уличного фонаря. Жёлтое свечение упало на его лицо снизу, превращая черты в нечто похожее на театральную маску.

— Знаешь, чем прекрасны люди? — спросил он, не оборачиваясь. — Они искренне верят, что контролируют происходящее. Что их маленькие планы, их интриги имеют значение. Они как дети, играющие в шахматы, не подозревая, что сами — фигуры на гораздо большей доске.

За окном проехала машина, осветив его силуэт фарами. Тень на стене выросла, исказилась. Потом машина скрылась, и всё вернулось к полутьме.

— Через неделю состоится январский пленум ЦК, — сказал Ордин, поворачиваясь. — Хрущёв начнёт открытое наступление на Маленкова. У него теперь всё необходимое — свидетельства Кривошеина, фотографии, записи. Материалы «Гетеры» превратятся в оружие.

— Откуда они у него? — Софья напряглась. — Кривошеин под арестом у Терняева. Документы изъяты. Как Хрущёв…

— У Никиты Сергеевича есть свои источники, — прервал Ордин. — Не все материалы хранились у Кривошеина. Были резервные копии. И люди, которые умели хранить секреты до нужного момента.

— Люди из вашего «Ордена»? — уточнила Софья.

— Разумеется, — кивнул Ордин, возвращаясь к креслу. — Мы не держим все яйца в одной корзине. У нас были люди в окружении и Маленкова, и Хрущёва. Кое-кто из них даже не подозревал, на кого в действительности работает.

Софья отпила коньяк — крошечный глоток.

— И на чьей мы стороне? — спросила она, намеренно выделив «мы». — Хрущёв? Маленков? Кто ваша ставка?

Ордин улыбнулся, и на этот раз улыбка достигла глаз.

— «Орден» всегда на своей стороне, — ответил он. — Политики приходят и уходят. Империи рушатся. Идеологии сменяют друг друга. Но мы остаёмся. Как и потребность людей в том, что мы им предлагаем.

— А что это?

— Иллюзия власти, — сказал Ордин просто. — Им кажется, что они владеют другими людьми, странами, миром. А на самом деле их использует нечто, существовавшее задолго до них и способное пережить их на столетия.

Он говорил без пафоса, даже с оттенком грусти, словно объяснял закон природы.

— Хрущёв станет новым вождём, — продолжил Ордин. — А потом уступит место другому. И ещё одному. Всё это, — он обвёл рукой пространство, — лишь декорации. Временные.

Он поднялся, показывая, что разговор окончен.

— Я приду через три дня, — сказал он, направляясь к двери. — К тому времени подготовь отчёт о передвижениях Терняева. Его контактах, находках, планах.