DARKER. Твари и хвори - Майк Гелприн,Михаил Парфенов,Александр Матюхин,Максим Кабир,Дмитрий Костюкевич,Александр Сордо,Дмитрий Лопухов,Алексей Гибер,Мирон Высота,Герман Шендеров,Алексей Искров,Олег Савощик,Оскар Мацерат,Олег Ушаков,Борис Крамар,Марк Антон Страница 232

— Не зассал, но… – начал я.

— Но что? – оборвала меня Янка.

Но мы дети.

Можем сколько угодно хорохориться, но это реальность! Лёша действительно пропал! А призрак настоящий! Что мы ему сделаем?! Сюда бы настоящих героев. Малдера и Скалли из «Секретных материалов» или лучше Баффи, можно еще команду ученых из «Пси-фактора».

Кто угодно, в общем, сойдет! Но не мы.

— Но что? – повторил Витек. – Ладно, Ян. Пойдем. Лучший друг, называется…

И они пошли, а я смотрел им в спины.

Вспомнился вечер, когда я видел Лёшу в последний раз. Сидя на лавке во дворе, мы до хрипоты спорили о том, как все-таки одолеть бессмертного Шреддера в «Черепашках-ниндзя»: сколько его ни бей, он возрождается снова и снова с целой полоской жизни. Предлагались варианты: использовать только суперприемы вместо обычных ударов или, наоборот, использовать только простые. Или бросить на него все силы в момент, когда он начинает мерцать. Или победить его ровно тридцать раз подряд. А потом Лёша вдруг глянул на смарт-часы, грустно сказал, что ему пора, и двинул домой, но вдруг оглянулся и расплылся в улыбке. Помахал мне и пошел прочь: точно знал, что больше я его не увижу.

Ну уж нет!

Страх не исчез, но отошел на задний план, а я понял, что нет ничего важнее, чем снова сесть рядом с другом, начать бессмысленный спор и увидеть Лёшину тупую улыбку.

Раз здесь нет героев, раз они существуют только в цифровом мире, попрятавшись на обратной стороне экрана, надо самому стать героем. Настоящим.

— Подождите! Не зассал я!

Друзья обернулись, улыбнулись. С облегчением, как мне показалось. Витек достал из рюкзака гаечный ключ, Янка приготовила солонку, а я вытащил нехитрое снаряжение, повесил рюкзак на велосипедный руль и пошел первым.

Вдруг Витек положил мне на плечо ладонь и сказал каким-то не своим, наверное, от страха, хрипловатым голосом:

— Не дыши, пока не дойдешь до конца.

Я усмехнулся. Витек тоже боялся. И Янка – сразу было видно по ее знатно побледневшей мордашке. Это неожиданно успокоило и придало сил.

Задержав дыхание, я шагнул в переулок.

Казалось, кто-то резко уменьшил яркость солнца. Вместо летнего бриза на предплечья дохнуло морозцем, как в погреб спустились. Набрякшие в небе тучи напоминали переплетения текущих подвальных труб. И действительно, на макушку капнуло холодное.

Яна с Витьком посерьезнели, набычились, но все равно выглядели смешно с надутыми щеками – постарались набрать побольше воздуха. Смеяться было нельзя – я тоже набрал полные легкие и зажал на всякий случай нос. Поднял взгляд на окна панельки, первый этаж которой занимала стоматология, – вдруг увидит кто-нибудь из взрослых? Так была бы хоть призрачная надежда в случае чего позвать на помощь, но окна чернели пустотой. Можно было подумать, что вместе со стоматологией заброшено все здание.

Обогнули серый от грязи сугроб и оказались у разбитого окна с выломанной решеткой. Легкие горели, и сдерживать дыхание было больше невозможно. Я попытался втянуть немного воздуха сквозь щелочку между губами, но не выдержал и шумно запыхтел. Тут же в нос набилась непереносимая вонь, как если бы наша древняя математичка по-собачьи облизала мне лицо. И не отвернуться, смрад окутывает со всех сторон. Как жирный туман, оседающий на коже.

— Ну, кто первый? – спросил я.