Зловещие маски Корсакова - Игорь Евдокимов Страница 77

— Так, мне срочно нужна бумага! И перо! И чернила! – засуетился профессор.

— Езжайте-ка вы тоже, Владимир Николаевич, – обратился к Корсакову ротмистр. – Полковник просил, чтобы вы доложили ему лично. А мы уж подождем подкреплений и закончим осмотр тоннелей.

— Знаете, это лучшее из того, что вы могли мне предложить, – измученно ответил Владимир.

XX

1881 год, июнь, Петербург, Адмиралтейский проспект, управление градоначальства, вечер

Всю обратную дорогу до Николаевского вокзала Корсаков продремал.

Их забрал тот же паровоз, что привез жандармов – просто изначально пришлось гнать его аж до Бологого, где состав развернули и отправили обратно. В вагоне ехали всего четверо – Владимир, Павел, Беккер (который не мог наглядеться на монстра, завернутого в несколько слоев занавесок, чтобы никого не напугать) да жандарм, выделенный сопровождать профессора и ценный груз. На вокзале их пути разошлись. Вильям Янович направлялся в свою лабораторию, а Корсакова с Постольским ждал полковник.

— Господа, вы не представляете, как я рад был с вами познакомиться! Это было самое увлекательное приключение за всю мою жизнь! – воскликнул Беккер, но быстро понял, что опять сморозил бестактность. – То есть обстоятельства, конечно, вышли трагичными, но… Я очень, очень польщен, что могу назвать вас своими друзьями! Если вам когда-нибудь еще понадобится моя помощь – ни секунды не раздумывайте, я в вашем распоряжении!

Он пожал каждому руку, а потом еще, от избытка чувств, крепко обнял Корсакова, повиснув у него на шее. Однако тут же хлопнул себя по лбу и достал из внутреннего кармана сложенное письмо.

— Да, передайте, пожалуйста, это полковнику. Думаю, завтра я уже смогу поделиться с ними результатами первого осмотра нашей добычи!

После чего Беккер в сопровождении невозмутимого жандарма и тележки с завернутой тварью танцующей походкой двинулся к выходу из вокзала.

— Какой, право, странный, странный человек, – проводил его восхищенным взглядом Павел.

— Зато дружелюбный, – философски заметил Корсаков. – И дело свое знает. Если бы не он, то мы бы могли не выбраться из той пещеры.

На площади у вокзала, как всегда полной людей, их ждал экипаж с жандармом на козлах. Когда Владимир и Павел забрались внутрь, возница щелкнул поводьями и их транспорт тронулся по Невскому проспекту в сторону управления градоначальства.

Корсаков и Постольский снова молчали. Но Владимир понимал, что на этот раз тишина не имеет никакого отношения к их усталости. Он практически чувствовал, как Павел набирается решимости, чтобы что-то сказать ему, почти как в их первую встречу, когда экипаж вез их в дом Ридигеров. Но на этот раз лицо Постольского оставалось довольно хмурым.

Момент настал, когда они почти доехали до поворота на Гороховую улицу.

— Владимир, послушай, – наконец сказал Павел. – Ты мой друг. Это ничего не изменит. И я помню, как говорил, что опыта у тебя куда больше моего. Но я не дурак, уж извини. Те умозаключения, которыми ты делился с Нораевым… Никакой опыт не позволил бы тебе установить происхождение Коростылевых с такой уверенностью. И я слышал, что сказал тебе Никита. О том, что ты видел все его глазами. И это не единственные странности, которые я за тобой подметил. Ты от меня что-то скрываешь. Я не собираюсь вызнавать твои тайны. Если захочешь – ты всегда сможешь мне рассказать. Но, повторюсь, не считай меня за дурака и не думай, что я ничего не замечаю.