Мой Рим - Верона Виера Страница 8

Боюсь представить, какие еще тайны скрывает этот парк – вечером через него редко кто ходит, и фонари там светят через раз, пугают тенями уставших деревьев. Днем он нужен редким прохожим, чтобы сократить путь к стихийному рынку. Этот парк – тихое место вблизи шумного бара.

А вот спереди здания – вполне себе приличный и ухоженный сквер: с дорожками из брусчатки, клумбами, коваными красивыми фонарями и скамейками, на которых приятно сидеть, – любимое место мамочек с колясками. Подозреваю, эта красота – заслуга новых хозяев.

Еще в детстве я ходила в Дом культуры на продленку и разные кружки: пела в хоре, играла в детской актерской студии. А теперь – это большой бар с необычным названием. Не какая-то там «Березка» или «У Светланы», а «Оле Лукойе». Вполне оригинально.

У входа собралось много людей, ждут, когда откроется. Я смотрю на огромную вывеску: при дневном свете она совсем неприметная, а сейчас – красиво переливается неоном от красного к сиреневому.

Мы пробираемся через очередь и подходим к охране. Сашка при виде Ленки расплывается в улыбке, но тут же делает грозную физиономию по статусу и, под возмущение толпы, пропускает нас вне очереди.

Сразу обдает теплом. Прийти в капроновых колготках и без шапки, чтобы не испортить прическу, – довольно смело. Все-таки у нас еще морозно для нашей весны, но что не сделаешь ради красоты. Мы сдаем пальто в гардероб. Вместо пластмассовых номерков нам клеят бумажные яркие полоски вокруг запястья. Мне достается неоново-желтая, а Ленке – ярко-розовая, как помада на ее губах. И поскольку мы в числе первых гостей, то и цифры у нас однозначные.

Ощущая восторг и волнение, так как я впервые в этом баре, хватаю подругу под руку и прижимаюсь. Разноцветные лучи в ритме легкой музыки скользят по стенам, полу, барной стойке и рисуют на лицах барменов и на наших цветные полоски. По залу расставлены высокие столики с закусками и табличками брони, а на втором этаже расположены уже обычные с мягкими диванчиками. Напротив барной стойки в другом конце зала – танцпол и сцена с аппаратурой.

Решаем с Леной сесть ближе к симпатичным барменам, которые, улыбаясь нам, натирают стаканы. Одного из них я знаю – это Лешка, друг Никиты. Значит, и он здесь появится. Тоже, наверное, бесплатно проскочит.

Надо не забыть Карине написать.

Люди потихоньку расползаются по залу, занимают свои места, а я залезаю на высокий барный стул. Ленке приспичило в туалет, поэтому остаюсь одна и занимаю соседний стул своей сумкой, бронируя для подруги место. Улыбаясь как сумасшедшая, разглядываю лица гостей – многие мне знакомы. Но в основном здесь взрослая публика, старше двадцати.

Слышу громкий знакомый смех, поворачиваю голову в сторону входа, чтобы убедиться, что у меня не галлюцинация. Это он! Нарисовался Каринкин краш, не сотрешь.

Никита идет с парочкой приятелей и, заметив меня, приближается. Блин! Совсем не хочу с ним говорить после того, как ему отказала. Сейчас он начнет проявлять задетое самолюбие. Точно говорю! Поэтому я достаю из сумки телефон и делаю вид, что не замечаю его.

— Заяц, привет! Что ты тут делаешь?

Он подходит близко и закидывает руку, чтобы обнять, но я уворачиваюсь, чуть не спрыгнув с высоты стула.

— То же, что и ты. Отдыхаю. Не видно? – я натянуто улыбаюсь. – Посмотри внимательно, Никит, – у меня что, длинные уши? – спрашиваю, убирая за них волосы.