Черные тени Ленинграда - Александр Тамоников Страница 79

Он снова заглянул в блокнот.

— Второй эпизод — середина ноября. На продовольственном складе номер семь в Кировском районе при инвентаризации обнаружена недостача: пятьдесят пачек сухарей и двадцать банок мясных консервов. Дело замяли, списали на «естественную убыль» и воровство голодными рабочими. Но по акту изъятия у спекулянтов двадцать пятого ноября фигурируют именно сухари и консервы. И спекулянты показали, что товар получили «от военного из Смольного, который приезжал на грузовике». Водитель грузовика, сержант Плотников, позже дал показания, что возил Зайцева на Лиговку. Полный круг.

Он закрыл блокнот, положил его на стол. Его пальцы, тонкие, костлявые, слегка дрожали — не от страха, а от концентрации и холода.

— И третий эпизод. Самый важный. Неделю назад, десятого января, из интендантского управления поступил запрос в отдел автотранспорта штаба на выделение грузовика для «вывоза неликвидного имущества со склада номер четыре». Запрос подписал капитан Решетов. Машину выделили. Водитель — тот же Плотников. Маршрутный лист: склад номер четыре — район Обводного канала — обратно. Но, по показаниям Плотникова, на Обводном они остановились у разрушенного дома, Зайцев вышел, спустился в подвал, через десять минут вернулся с пустыми руками. И они поехали обратно. А на следующий день, одиннадцатого января, у Обводного канала нашли убитого курьера с микрофильмом. Совпадение?

Бугров медленно прошелся по комнате. Его сапоги хрустели по осколкам стекла и штукатурки.

— Значит, цепочка такая. Немецкие пайки поступают к агенту К. — майору Клюеву, вероятно, через ныне убитого радиста или через другого связного. Клюев, используя свои связи в интендантской службе и подконтрольного офицера Зайцева, организует их сбыт или обмен на советские товары, которые можно списать. Часть пайков идет на оплату агентам. Часть через Зайцева попадает на черный рынок, создавая оборот средств. А часть остается у них для собственного потребления. Чтобы не голодать. Чтобы сохранять силы.

Он остановился напротив Косовича.

— Но где здесь «гнида»? Кто этот интендант, который это преступление покрывает? Решетов? Он слишком мелкая сошка. Он подписывает бумаги, но не он инициатор.

Косович снова открыл блокнот, нашел другую страницу.

— Я изучал список руководящего состава управления снабжения штаба фронта. Там три фигуры, которые имеют доступ к списанию и перемещению крупных партий продовольствия. Полковник Баранов — начальник управления. Подполковник Семин — его заместитель. И майор… — он провел пальцем по строчке, — майор Клюев. До октября он числился в оперативном отделе, но после ранения и госпиталя был переведен в управление снабжения на должность начальника отдела контроля распределения. Формально — понижение. Фактически — идеальная позиция. Он видит все потоки. Может влиять на списания товара. И он же — агент К. в блокноте радиста.

Бугров нахмурился.

— Но Клюев — майор. У него недостаточно веса, чтобы покрывать такие операции в одиночку. Значит, есть кто-то выше. Полковник Баранов? Или подполковник Семин?

— Возможно, — осторожно сказал Косович. — Но есть нюанс. Согласно медицинскому заключению от октября, Клюев был ранен осколком в живот. Тяжелое ранение. Ему требовалось усиленное питание для восстановления. И он его получал. По документам госпиталя — дополнительный паек. Но что, если этого было мало? Что, если он, испугавшись голодной смерти после выписки, пошел на контакт с абвером, который предложил ему гарантированное снабжение в обмен на информацию? А потом, когда его перевели в службу снабжения, он стал использовать свою должность для прикрытия шпионской сети. И подтянул к делу Решетова и Зайцева, склонив их к сотрудничеству тем же способом — через страх голода и предложение пайка.