Тени южной ночи - Татьяна Устинова Страница 108

— Это что значит?

— Это значит, что тут никто ничего не ест и обедов никаких не бывает, Маня. Все неистово голодают. Бывает пополнение заряда энергии. Пополняют росой, лепестками какими-нибудь. Ростки, коренья. Видишь, по периметру забор какой? Это чтоб голодающие не вырвались.

Маня захрюкала. Она всегда хрюкала, когда старалась не смеяться громко.

— Что ты ржешь? Я раз притон брал, они тоже под центр йоги косили! Я с тех пор в этом деле сам микрокосм!

— Давай вернемся к главному корпусу и на лавочке посидим. В корпус рано или поздно все вернутся.

— Тут на территории бунгало и хижины.

Они бы препирались так еще долго — обоим очень понравилось препираться друг с другом, если бы не…

— Дики!

Мане показалось, что от звука этого голоса майор прижал уши и, кажется, даже присел.

— Дики, откуда ты взялся?! Вот уж не ожидала! Ты приехал сюда… за мной?!

Над изумрудной травой и нежными цветочками к ним летела, трепеща прозрачными крыльями, волшебная фея. Она была так легка и воздушна, что трава и цветочки не шевелились и не пригибались под ней, ни один листочек не дрогнул.

— Вот те на, — пробормотал Дмитрий Раневский.

Маня позабыла вздохнуть.

— Дики, милый, ты меня нашел! Я знала, знала! — По-прежнему трепеща крыльями, фея летала вокруг них, кувыркалась в воздухе, выделывала кульбиты и сверкала, сверкала.

По крайней мере, Мане так казалось.

— Я даже сказала По, что мой верный пес Дик никогда меня не покинет! Правда, Дикушка? Ты вернулся!

— Я не вернулся.

И, когда он так сказал — очень твердо и очень фальшиво, — писательница Покровская поняла, что с размаху угодила в сцену из дрянного романа, может быть, даже своего собственного.

…Некий Дики, бравый майор из Тимбукту или из Северодвинска, ссорится с любовью всей своей жизни Розамундой. Розамунда милая, но немного легкомысленная девушка, отказывается следовать за майором в Тимбукту или Шилку и Нерчинск. Она подвержена безобидным увлечениям юности: борется за равенство мужчин и женщин, за освобождение бабуинов из зоопарков, посещает пилатес и состоит в интернет-группе поддержки приюта для бездомных в Мумбаи. Майор Дики оставляет Розамунду, а сам отправляется на задание, меж тем понимая, что его жизнь без нее пуста. Он пытается заполнить пустоту, сойдясь с крепкой румяной дамой средних лет, имеющей твердую профессию, пса и термос с чаем в портфеле. Но любовь сильнее! Она влечет его в последний раз взглянуть на любимую, которая мается от тоски по нему в райском саду санатория аюрведы.

— Добрый день, — поздоровалась с феей крепкая женщина средних лет. — Вы Розамунда?

— Я Хлоя! — засмеялась фея, словно хрустальные колокольчики зазвенели. — С чего вы взяли?.. Дики, но как ты меня нашел?! Боже, я всегда забываю! Ведь ты великий сыщик! Как удивится По!.. Дики, я скучала!

И фея, сделав еще круг по воздуху, прильнула губами к губам майора.

Маня смотрела, не отрываясь.

Такое с ней было в первый раз.

Словно спохватившись, майор стал отпихивать фею от себя и замахал руками, словно прогоняя осу.

— Маня, это… Хлоя, мы с ней… одно время… встречались…

— Дики, у нас были отношения! От-но-ше-ни-я! Серьезно! И долго! Почти полгода! Ну, четыре месяца! Это срок! Как вы думаете, четыре месяца — срок для отношений? — обратилась она к Мане.