Пионерский выстрел - Игорь Томин Страница 13

Валя недоверчиво покосилась на начальника.

— Ой, не поверю, что у вас накоплен большой опыт по этой части.

— Ты еще многого не знаешь о моей темной стороне жизни, – вздохнул Максим и метко отправил окурок в урну.

— Зато я знаю, что вы можете пятьдесят раз отжаться от пола и пятнадцать раз подтянуться на перекладине.

— Вранье! Шестнадцать!.. А что с личными вещами?

Валентина медленно зашагала дальше, постукивая каблуками по брусчатке.

— В карманах пиджака нашла упаковки каких-то таблеток. Сильно помяты, название прочитать не удалось. Запросила дополнительную экспертизу крови на предмет лекарственных препаратов.

— Правильное решение, – одобрил Туманский. – Может, он принимал что-то несовместимое с алкоголем.

— Именно. И еще попросила директора школы найти телефоны родственников Бусько. Нужно выяснить, какие лекарства он принимал постоянно, от чего лечился.

Они подошли к небольшой площади, где стоял старинный католический собор. Дождь усилился, и Максим прижал Валентину ближе к себе, укрывая зонтом.

— Отличная работа, – сказал он. – Профессионально и дотошно. Как всегда.

Валентина молча кивнула. Максим искоса посмотрел на ее лицо в свете фонаря – оно было сосредоточенным, но хранило следы какой-то усталой печали.

— Слушай, Валя, – осторожно начал он, – что-то ты сегодня с утра какая-то… напряженная. В самолете почти не разговаривала. С Ильей поругались?

Валентина чуть заметно сжала губы.

— Рабочие моменты, Максим Николаевич. Ничего серьезного.

— Да ладно, – усмехнулся Туманский. – От меня-то что скрывать? Я же вижу, как вы друг на друга смотрите. Или не смотрите, что еще показательнее.

Они остановились под аркой старого здания, где можно было спрятаться от дождя. Максим затушил очередную сигарету о каменную стену.

— Не хочется говорить на эту тему, – тихо сказала Валентина, опуская руки в глубокие карманы плаща. – Это личное.

— Понимаю, – кивнул Максим. – Но знаешь, в нашей работе личное и служебное часто переплетаются. Если между оперативником и экспертом нет взаимопонимания, это может повлиять на дело.

Валентина подняла на него глаза. В них мелькнула боль, которую она обычно тщательно скрывала.

— Все нормально с работой, Максим Николаевич. Илья – отличный оперативник, я – нормальный эксперт. Справимся.

— В этом я не сомневаюсь, – мягко сказал Туманский. – Просто… если нужна будет мужская поддержка или совет, ты знаешь, где меня найти.

Валентина слабо улыбнулась – первый раз за весь день.

— Спасибо. Вы хороший друг.

— Не святой, – уточнил следователь и поднял указательный палец вверх. – Но стараюсь понимать людей. Это часть профессии.

Дождь немного утих, и они снова двинулись в путь. Гостиница была уже видна в конце улицы – современное здание выделялось среди старинных львовских домов.

— Завтра будет интересный день, – сказал Туманский, рассматривая старый неработающий фонтан. – Нужно разобраться с нашими романтиками – Скворцовым и Мельник. И поговорить с остальными ветеранами.

— А еще с лучшим рассказчиком, – добавила Валентина. – Как его… Косуло. Который в соседнем номере жил.

— Точно. Иван Афанасьевич. Интересно, что он слышал и видел в ту ночь.

Они подошли к входу в гостиницу. В холле горел приглушенный свет, дежурный администратор дремала за стойкой.