Запах смерти - Эндрю Тэйлор Страница 80

— А вы, случайно, не помните, были у него родственники или близкие знакомые?

— Ну да, у него была сестра, но она вышла замуж и переехала в Англию еще при жизни отца. – Миссис Фробишер, должно быть, почувствовала мой живой интерес и, к счастью, решила меня порадовать. – Так вот, я скажу, что вам нужно сделать, сэр, если хотите побольше узнать о Пикеттах. Вам следует поговорить с доктором Слайпом.

— А кто такой доктор Слайп, мэм?

— Священник, который жил до войны в Шарлотте. Они с женой переехали в Нью-Йорк. На редкость милые люди. Они знали всех в округе. Если они по-прежнему в Нью-Йорке, моя дочь подскажет, где их искать.

— Я бы хотел поговорить с ним, мэм.

— Тогда, если желаете, я выясню, где они живут. Если бы я могла, то с удовольствием навестила бы дорогого мистера Слайпа. Но в настоящий момент я не вольна распоряжаться своим временем.

Пять минут спустя, обменявшись с миссис Фробишер комплиментами, я проводил ее до двери. И уже на пороге она на секунду остановилась и наградила меня улыбкой, которую можно было назвать почти кокетливой:

— Интересно, а что он здесь делал?

— Кто, мэм? Мистер Пикетт?

— Да. – Миссис Фробишер похлопала меня по плечу затянутой в перчатку рукой. – Ибо, мой дорогой сэр, Нью-Йорк – это последнее место, куда он мог отправиться. Если, конечно, он не был одним из тех бедных военнопленных, которых содержат в ваших жутких плавучих тюрьмах.

Глава 33

В помещении для рабов на Уоррен-стрит случилась вспышка какого-то заболевания, и Джосайя испугался, что началась эпидемия оспы. Именно поэтому миссис Арабелла в тот вечер и ушла раньше времени со спектакля.

Впрочем, мы не заразились оспой, по крайней мере до поры до времени, хотя другая болезнь, пусть и не такая опасная, оказалась не менее прилипчивой. Кое-кто из слуг серьезно занемог. Мы с миссис Винтур тоже подхватили эту заразу. Несколько дней я был прикован к постели, чувствуя себя ужасно несчастным.

Когда я наконец вернулся в контору, то обнаружил, что меня ждет непочатый край работы, а также надушенное письмецо от миссис Фробишер. Она горячо благодарила за проявленную отзывчивость и намекала на то, что с удовольствием возобновит наше знакомство, когда в следующий раз ей выпадет счастье приехать в Нью-Йорк. После чего, вероятно вспомнив об этом в последний момент, она приложила к письму адрес преподобного доктора Слайпа с рекомендательной запиской.

В течение почти двух недель мне никак не удавалось выкроить час-другой и навестить почтенного джентльмена. Тем временем опасения Джосайи вполне подтвердились. Когда примерно через неделю после беседы с миссис Фробишер я обедал на Уоррен-стрит, в комнату вошел Абрахам и что-то прошептал на ухо судье.

Судья, помрачнев, отослал слугу и постучал лезвием ножа по винному бокалу:

— Боюсь, у меня плохие новости. На нашей улице, в доме Морли, выявлен случай заболевания оспой.

— Оспа? – переспросил капитан. – Неужели эпидемия, сэр?

Судья устало помассировал лоб.

— Если это действительно так, то эпидемия началась непривычно рано. – Он повернулся ко мне. – Для нас лето – худшее время года, сэр. Жара, естественно, способствует развитию болезней. Но сейчас в город понаехало столько народу, что трудно выявить какую-либо закономерность. Ситуация исключительно нездоровая и ухудшается день ото дня. Мы и оглянуться не успеем, как в августе выпадет снег.