Вдова драконьего генерала. Лекарка для его наследника - Диана Фурсова Страница 10

— Она не прикасалась к печати без разрешения, — сказал генерал.

Мужчина в плаще наконец повернулся к ней.

— Неужели? А погасший огонь в покоях наследника — тоже случайность?

— Если бы я знала, как это произошло, — сказала Лика, — я бы уже объяснила.

— Потеря памяти снова спасает вас от ответа?

— Нет. Она мешает мне понять, почему все вокруг знают так много и при этом говорят так мало.

Женщина из Совета с серебряным воротником едва заметно усмехнулась.

— Узнаю дерзость Альвардов.

Марта быстро шагнула ближе к Лике.

— Леди перенесла тяжёлый переход через печать. Она плохо помнит события.

— Зато помнит, как спорить, — заметил один из советников.

Генерал повернул голову.

— Если Совет пришёл говорить, говорите. Если обвинять — вернитесь в зал. Я не позволю устраивать суд в комнате моего сына.

В этих словах была такая власть, что даже люди Совета на мгновение умолкли.

Мужчина в плаще сложил руки перед собой.

— Хорошо. Тогда Совет вынесет решение здесь, без лишней торжественности. Ритуал вдовьего отречения не завершён, потому что родовая печать неожиданно откликнулась. Полностью снять брачную связь сегодня невозможно. Но оставлять леди Элианну рядом с наследником в столичном храме — слишком рискованно. Оставлять её без надзора — тем более.

Лика почувствовала, как внутри всё сжалось.

Вот оно. Приговор.

— Совет постановил, — продолжил он, — до окончательного разбирательства отправить леди Элианну Альвард в Северный замок Драгомиров. Формально она сохраняет статус вдовы при живом муже, но лишается права распоряжаться имуществом, носить знак супруги главы рода и появляться при дворе без сопровождения.

— Вы отправляете меня в его дом? — спросила Лика, не удержавшись.

— В дальний родовой замок, — поправила женщина с серебряным воротником. — Туда, где стены помнят клятвы лучше людей. Там ваша печать либо погаснет, либо проявит истинную причину своего отклика.

Прозвучало красиво. Почти благородно.

Но Лика услышала другое: её увозят подальше от свидетелей.

Генерал, похоже, услышал то же.

— Северный замок закрыт с прошлого месяца.

— Именно поэтому он подходит, — сказал мужчина в плаще. — Там меньше посторонних глаз.

— Там крыло наследника.

— Маленький лорд поедет вместе с вами.

В комнате стало так тихо, что потрескивание камина показалось оглушительным.

Каэль не двинулся, но Лика увидела, как изменилась линия его плеч. Ещё мгновение назад он был просто опасным. Теперь — смертельно.

— Нет.

Одно слово. Низкое, спокойное, окончательное.

Советник не отступил.

— Печать наследника откликнулась на неё. Мы все это видели. Разлучение может быть опаснее присутствия.

— Мой сын не станет частью ваших проверок.

— Ваш сын уже часть родовой беды, лорд Драгомир. Как и эта женщина. Вы можете сколько угодно презирать её, но огонь признал связь там, где её не должно было быть. Если вы откажетесь подчиниться, Совет будет вынужден временно ограничить ваши права хранителя до выяснения обстоятельств.

Марта тихо ахнула.

Лика не знала местных законов, но по лицу генерала поняла: угроза была серьёзной. Не пустой. У него могли отнять не просто должность или власть. У него могли отнять сына.

И весь зал, весь ритуал, все унижения вдруг предстали под другим углом. Лику не просто объявляли вдовой. Её превращали в рычаг. В повод давить на генерала. В удобную виновницу для любой беды, которая уже случилась или ещё случится.