Светлейший князь - Роман Злотников Страница 111

— Понятно…

— Нет, тебе пока не может быть всё понятно, – с горечью произнёс Колльз и яростно сплюнул сквозь прореху в зубах. – Вон там – видишь, на горизонте… там стоял пароход «Принц». На нём было почти сорок тысяч комплектов тёплого обмундирования. Понимаешь, чем нам грозит его потеря? И только обмундированием, как ты понимаешь, дело не ограничивается. Порох. Ядра. Свинец. Солонина… Две тысячи семьсот регистровых тонн! А вон там стоял на якоре американский «Прогресс». Он был разгружен наполовину. Вот там – «Медора», там – «Кадуцей», там – «Дикая волна»… – На этих словах по щекам энсина потекли слёзы. Бакли вздохнул. Он знал, что Колльз был приписан к отделу, занимающемуся снабжением, именно поэтому у того всегда находилось, чем погреться и закусить, так что произошедшая катастрофа затронула энсина куда сильнее. Потому что случившееся обрушило результаты его многодневных усилий.

— Ричард, мы пройдём через это, – негромко произнёс лейтенант, приобнимая приятеля за плечи. – Мы – британцы! Владыки морей… Мы сможем.

А ланс-капрал Томсон молча втиснул в его здоровую руку такую же кружку с кипятком.

— Сейчас мы – стадо баранов на заклание, Генри, – криво усмехнулся Колльз. – Остаётся надеяться, что у русских творится что-то подобное. Потому что защищаться нам практически нечем. Из боевых кораблей потеряно не меньше десятка, остальные боеспособны крайне ограниченно. «Сан Парей» потерял две мачты из трёх, на последней целой – оборвана половина вантов. Ещё два линкора имеют пробоины, и на одном из них, чтобы удержать корабль на плаву, пришлось сбросить за борт половину орудий левого борта. Те запасы пороха, которые находились в корабельных крюйт-камерах, конечно, уцелели, но возместить их практически нечем. Так что едва они закончатся – корабли станут совершенно безоружны… – Он осёкся и прислушался. Бакли тоже замер. Откуда-то с северо-запада послышались странные звуки, напоминающие отголоски пушечных залпов. Вроде как…

— Что это? – тихо прошептал лейтенант спустя несколько секунд. – Это же…

— Да! – хрипло выдохнул энсин. – Эти пушечные залпы доносятся со стороны Камышовой бухты. Русские пришли к французам. Они не в таком же состоянии, как и мы, – они были готовы. И, после того как буря немного утихла, вышли в море и пришли к французам. И скоро придут к нам. – Его плечи опустились, а кружка с кипятком вывалилась из руки и упала в грязь. Но никто не обратил на это никакого внимания.

— Похоже, всё кончено, Генри, – мы обречены…

Лейтенант же молча вскочил на ноги и стоял, стиснув кулаки и ненавидяще пялясь в сторону, с которой доносились звуки пушечных залпов. А когда открыл рот – из его глотки вырвался злобный рёв:

— Нет, Ричард, ты не прав. Уилтширцы не сдаются! Мы будем драться. Всем, чем можно! Не сможем стрелять – будем драться штыками, шпагами, кулаками, зубами… Нас так просто не возьмёшь! Мы – англичане! Над нашей империей никогда не заходит солнце – не зайдёт и здесь! Мы уничтожили великого Наполеона – что нам какие-то русские? Мы загоним их в их леса и болота и заставим сидеть в грязи и жрать лягушек! – Тут он закашлялся. Энсин несколько мгновений молча сидел, глядя на разгорячившегося друга, после чего протянул руку и похлопал его по спине.

— Лягушки – это не про русских, Генри, это больше про наших союзников, которым в этот момент как раз знатно достаётся… Но я хочу тебе сказать не это, друг мой. Я хочу тебя попросить – постарайся выжить во всём том бардаке, который нам предстоит. Постарайся, Генри. Ты – хороший человек. Мне будет больно, если ты погибнешь…