Светлейший князь - Роман Злотников Страница 119

— «Агамемнон», – зло ощерился капитан «Императрицы Марии». – Поймали-таки супостата… А второй – стодвадцатипушечник. Похоже, тип «Каледония»… как бы даже не «Британия»! Остальные – фрегаты. Причём парусные. Ну и несколько пароходов наблюдаю.

— Сигнальщик, поднять сигнал: «Готовность к повороту все вдруг на ост»! – приказал Константин.

Капитан тут же продублировал последние слова для своих. А спустя пару минут, когда с остальных кораблей отрапортовали флагами о том, что сигнал приняли, приказал:

— Поднять сигнал: «Все вдруг – на ост»! – а затем, после короткой паузы, добавил – Поднять все паруса! – и добавил – Попробуем успеть подойти на выстрел, пока на «Агамемноне» будут поднимать пары. «Британику»-то догнать не проблема. Да и остальных тоже. Эвон как их потрепало – у половины реи сломанные. А «Агамемнон» сбежать может. Уйдут на ветер – и поминай как звали! Наших фрегатов-то пока не наблюдается.

Капитан кивнул и снова вскинул бинокль. Их явно заметили – на палубе «Агамемнона» забегали, а из трубы показался первый чёрный дымок. Но до того момента, как вода в котлах прогреется до температуры, при которой в машину можно будет отдавать пар с достаточным для её работы давлением, ещё оставалось немного времени. И Константин не собирался терять из него ни минуты. Линкоры шли галфвиндом, так что смогли развить приличную скорость. Не максимальный ход, конечно, – дай бог, половину того, что можно было развить, иди они прямо под ветер, но даже и такого должно было хватить…

Однако английский линкор не собирался спокойно дожидаться, пока его разберут на части семь русских одноклассников. Увы, повреждённый линкор восстановить так и не успели, поэтому его пришлось оставить в бухте… Так что, пока поднимались пары, его капитан загнал своих матросов на реи. И англичанин начал быстро одеваться в паруса. Конечно, соревноваться скоростью со своими парусными собратьями ему нечего было и думать – сопротивление опущенного винта возрастало тем больше, чем большую скорость удавалось развить, для чего на парусно-винтовых кораблях и придумали подъёмные винты, но паруса должны были позволить «Агамемнону» выиграть время, то есть, пока будут подниматься пары, он будет отползать под парусами, увеличивая время погони для русских и надеясь, что к тому моменту, как они подойдут на выстрел, пары будут подняты достаточно, чтобы перейти на винт.

Пять минут, десять, пятнадцать… Высокий борт англичанина становился всё ближе и ближе. Но и дым из трубы уже валил плотными чёрными клубами. Видимо, кочегары не жалели сил, швыряя в топку уголь. Русская эскадра не торопилась открывать огонь, стараясь подойти на как можно более близкое расстояние, чтобы даже первый залп не пропал даром. Не на пистолетный выстрел, конечно, как многие возглашали, но не так-то и намного дальше. Англичане же, похоже, опасались открывать огонь, изо всех сил стараясь не спровоцировать начало боя.

— Поднять сигнал: «Селафаилу» и «Уриилу» – присоединиться к флагману, «Варне» – заняться парусным линкором, остальным мателотам – атака эскадры по своему разумению», – коротко приказал Константин, после чего пояснил: – Попробуем с «Уриилом» взять его в два огня. А «Селафаил» подстрахует, чтобы он не ушёл на ветер. А как с ним покончим – займёмся остальными.