Светлейший князь - Роман Злотников Страница 130

ДА-ДА-ДА-А-АХ! – прогрохотал очередной залп, но на этот раз только им дело не ограничилось. Спустя пару мгновений со стороны форта Сент-Эльмо полыхнула яркая вспышка, а затем послышался сильный грохот.

БЗДА-ДА-ДА-ДАХУ! Сразу после чего в воздух взметнулись огромные клубы дыма. Константин вскинул к глазам бинокль и пару мгновений всматривался.

— Похоже, попали в пороховой склад, – удовлетворённо кивнул Нахимов. Он стоял рядом с великим князем на мостике броненосца, который подрабатывал машинами в полумиле далее от форта, чем бомбардировавшие его фрегаты. Обстрелом командовал адмирал Истомин, а сам Павел Степанович наблюдал за этим с борта броненосца «Великий князь Константин». Он вообще проявлял к этим кораблям странный, почти мистический интерес. И, похоже, не в последнюю очередь потому, что, как выяснилось, они являлись детищем Учителя. Именно его конструкторы разработали проект этого корабля, совершенно не похожего ни на старые парусные и парусно-паровые суда, ни даже на, как с усмешкой выразился князь Николаев-Уэлсли, новые творения сумрачного французского гения, на которые англичане и французы делали ставку в нынешней кампании. Ибо всё, что было связано со светлейшим князем, неизменно становилось предметом жгучего интереса Нахимова. Впрочем, Константин и сам относился ко всему, что делал Учитель, почти таким же образом. Да и не он один. Недаром они с братьями даже в разговорах между собой называли его «Учителем». Причём так, что явственно чувствовалась заглавная буква в начале этого слова. С сёстрами было немножко по-другому. Нет, они так же искренне уважали светлейшего князя, но их главным кумиром была его жена – несравненная Ева Аврора. Утренняя звезда Европы!

Следующими остановками российского флота стали Кипр, где был высажен небольшой десант, принявший капитуляцию турецкого гарнизона и занявшийся первичным обустройством российской военно-морской базы, которая должна была быть устроена на этом острове, и Александрия, из которой князь Меншиков убыл в Каир, где начал переговоры с египетским вали Саид-пашой. О чём были эти переговоры и чем Египет так заинтересовал русских, пока никаких сведений в мировую прессу не просочилось. Только какие-то дикие предположения о несметных запасах золота и драгоценных камней, оставшихся от древних фараонов, место расположения которых стало известно русским, либо о легендарных копях царя Соломона, в которых вроде как добывалось отнюдь не золото, а гораздо более дорогой алюминий, или, что выглядело совсем уж фантастически, о проекте канала между Красным и Средиземным морями через Суэцкий перешеек. Но в последнее верили немногие. Потому что ещё почти шестьдесят лет назад французский инженер Лепер точно вычислил, что воды Красного моря находятся выше Средиземного почти на десять французских метров[54]. Вследствие чего для обеспечения прохождения через канал морских судов требовалось возведение огромных шлюзов, построить которые на современном уровне развития технологий было бы весьма затруднительно. Особенно учитывая, что в прошлом году британский инженер и кораблестроитель Изамбард Кингдом Брюнель, поднявший очень неплохие деньги на сотрудничестве с русскими, заложил судно, названное им «Левиафан», водоизмещение которого должно было превысить тридцать тысяч английских регистровых тонн[55]!