Академия ядов - Елена Станиславская Страница 206

— Зато, похоже, настоящий друг для твоей сестры. – Тьяна понизила голос. – Он спас ей жизнь, помог в учебе. Мы не можем судить, кто он или что он, пока сами не увидим.

Окинув ее непонятным взглядом, Мару отвернулся. История с тенью по какой-то причине тревожила его. Вероятно, он волновался за Гнев. Думал, что сестра напрасно связалась с порождением яда и тьмы. О тенях, созданных с помощью «Ксемокве хен», не говорили ничего хорошего. Сводить с ума прежних хозяев – таким был их удел, если судить по скудным записям. Возможно, О исполнил бы свое предназначение, да вот незадача: его владелец умер и доводить до безумия стало некого.

— Где он сейчас, твой О? – сухо бросил Мару.

Гнев посмотрела на него, глубоко вдохнула и вдруг сказала:

— Не бойся. Они свои. Друзья.

Обращалась она не к брату, а к спинке кресла. Так, по крайней мере, вначале показалось Тьяне. Однако стоило чуть напрячь зрение, как дрожь тут же пронеслась по ее телу. Еникай делил укрытие с Ликой, сама Тьяна – с Мару, а рядом с Гнев сидела густая тень. Она выглядела так, будто на статного мужчину вылили деготь, а сверху присыпали углем. Крупный, длинноногий, он прижимал колени к выдающемуся подбородку.

— Они заняли мое место, – негромко прогудел О.

Тьяна узнала голос. Именно он прозвучал из разлома цуньгского павильона.

Развернувшись, она крепко прижалась к Мару, но не от страха: ей хотелось получше рассмотреть тень. О не выглядел как Старик, но также не был предметом или явлением. Тьяна, несомненно, видела перед собой кого-то, а не что-то. Действие «Ксемокве хен» было истинным чудом: из неживого яд создавал живое.

Любопытство горячо заворочалось в груди. Тьяна невольно подалась вперед, к тени, но Мару обхватил ее и подтянул к себе. Она чувствовала, как колотится его сердце, но сама не ощущала опасности. Теперь, когда она видела О, ей хотелось лишь одного: исследовать его. Рассмотреть хорошенько. Дотронуться. Поговорить.

Да, О выглядел как тень, но хранил воспоминания и знания основателя академии. Самого Остора Ястребога. Вот бы расспросить его обо всем!

Перехватив Тьянин взгляд, Гнев понимающе ухмыльнулась.

— Они заняли мое место, – повторил О.

— Что он имеет в виду? – процедил Мару. – Он про нас?

— Ты забыл правила приличия? Невежливо говорить о человеке так, будто его нет рядом.

— О человеке, – акцентировал Медович.

Гнев фыркнула, но спорить не стала.

— О ворчит не на вас, а на Брога и Трутника. Они заняли его место на причале. Так что будем делать с ними?

— Я мог бы увести их, но не хочу оставлять Тьяну с…

— Все в порядке, – оборвала она. – Я не боюсь. Только объясни, что собираешься делать? – Меньше всего ей хотелось, чтобы Мару рисковал собой.

— Все просто: скажу, что Зорич прислал меня на смену. Он вполне мог бы подключить кого-то из студентов, чтобы дать преподавателям отдохнуть час-другой.

— Дежурят по двое, – заметила Тьяна. – Возьми с собой Еникая.

— Да, но тогда, – шепот согрел кожу, – тебя совсем некому будет защитить.

Сжав руку Мару, Тьяна заглянула ему в глаза:

— Почему ты не веришь Гнев? Почему считаешь, что О опасен?

— Потому что копия человека – это не человек. – В голосе Мару звучала тревога, но Тьяна никак не могла определить ее источник. О сидел смирно, не проявлял агрессию и был чудом, а Медович отчего-то испытывал к нему сильную неприязнь. Неужели и тут крылась какая-то тайна?