Лунное солнце - Ева Верми Страница 3

Вчера два престола единодушно вынесли решение о ее казни через отрубание головы. Завтра надо будет поехать к детям, рассказать им все, успокоить. Завтра надо будет адаптироваться к новой жизни и помогать восстанавливать мир.

А сегодня я освобожусь от оков брака. Хотя в глубине души буду считать, что сделал недостаточно, чтобы спасти любовь всей своей жизни.

Глава 3. Уныние

Глава 3. Уныние

Нивис ВьергоЯ сидела в кабинете у Никоса, не в силах поверить, что этим утром могла лишиться головы. Но об освобождении речи не шло. Наручи оставили, только позволили надеть чистое платье и поесть.

Ичес ходил из угла в угол, заговаривать не решался. Мне о столь многом хотелось у него спросить, но я все еще пребывала в шоке. Запах крови стоял в носу, слезы – в глазах, ком – в горле.

— Я сам не верю в то, что сейчас скажу, – начал Ичес глухо, встав напротив меня. – Я не смог дать отмашку. Не смог казнить тебя.

— Я ничего не сделала… – жалобно прохрипела я.

— А я великий слепой. В общем… Никос убьет меня, если узнает. Я слышал твои крики, я не могу поверить, что между той женщиной, что правила страной последние пятнадцать лет, и тобой есть что-то общее.

— О каких пятнадцати годах речь? Меня короновали этим летом, – возразила я. Может, я сплю? Или на самом деле умерла, а так выглядит смерть? Вопреки моему желанию по щекам потекли слезы.

Ичес потер переносицу и криво усмехнулся, полностью игнорируя мою реплику.

— На твою магию наложат печать.

— Ичес, заклинаю тебя, – навзрыд запричитала я, в попытке хоть что-то прояснить. – О чем ты говоришь? Это какая-то шутка? Я умерла?

— В каком-то смысле да. Для всех нас – однозначно.

Я обмякла в кресле, пытаясь вдохнуть, но на грудь будто обрушился вес горы.

— Я обменял твою казнь на пожизненное заключение в зачарованной башне. Ты никогда не сможешь ее покинуть. И никто, кроме прислуги, не будет туда допущен.

— Я… если это какая-то шутка, то мне не смешно! – уже вовсю рыдала я, обливаясь жгучими слезами. – Я маме расскажу, слышишь? И папе!

Ичес переменился в лице, глубоко задышал, прикрыв глаза, а затем процедил:

— Кому еще? Бабушке с дедом, может?

— И им тоже! Если ты сейчас же не прекратишь! Хватит!

Ичес молнией приблизился ко мне и навис грозовой тучей, заставляя меня вжаться в спинку кресла, продолжив глотать слезы. Брат… изменился, хоть я и не понимала в чем. Но мы же… когда он успел отрастить волосы?..

Только сейчас до меня дошло, что голову брата украшала густая шапка волос, зачесанных к затылку.

— Либо тебе память отшибло, либо ты снежно притворяешься.

Дверь в кабинет отворилась, впуская Никоса и… Поляриса!

Ичес отошел от меня, я попыталась вскочить на ноги и броситься к любимому и старшему брату, но поток воздуха вжал меня в кресло. Дверь с грохотом захлопнулась.

— Ты чего натворил?! – взревел Пол, вцепившись в брата, Никос бросился их разнимать. – Я же убью тебя сейчас!

— Отпусти его! Погоди. Ичес, что она здесь делает? Что все это значит?!

Ичес упрямо смотрел перед собой, сжимая руки в кулаки, затем куполом закрыл меня и принялся им что-то объяснять. Я ничего не слышала, видела только, как Пол бился в агонии, Никос негодовал, а Ичес кричал на них в ответ, доказывая свою правоту. Да что с ними такое? Может, это я сошла с ума?