Невеста по ошибке для альфы из клетки - Ксения Соболева Страница 50

Я посмотрела на Громова. На Орлова. На сотрудников сопровождения. На свою сумку. На браслет. На кота. На дверь разгромленной квартиры.

— Да, - сказала я. - Небольшая проверка.

— Газовая?

Громов медленно повернул к ней голову. Валентина Степановна сглотнула.

— Межвидовая, - сказала я.

— А-а, - протянула она, хотя, конечно, ничего не поняла. - Ну вы… заходите, если что.

Это было настолько по-человечески, что я чуть не расплакалась. Серьёзно. Женщина, которая часами следит за двором, ругается из-за шума, вызывает сантехника на соседей и знает, кто кому что должен, вдруг предложила зайти, если что. Потому что увидела моё лицо. Не магическую связь. Не Громова. Не охрану. Моё лицо.

— Спасибо, Валентина Степановна, - сказала я.

Громов задержался на секунду.

— Закройте дверь на цепочку, - сказал он ей.

— Что?

— И никого не впускайте сегодня. Даже если скажут, что из Бюро.

Она побледнела.

— А вы кто?

— Проблема, - сказал он.

— Большая, - добавила я.

Валентина Степановна медленно закрыла дверь. Цепочка звякнула почти сразу.

— Довольны? - спросила я.

— Да.

— Вы напугали пенсионерку.

— Зато она закроет дверь.

— У вас потрясающие социальные навыки.

— Работают.

— В смысле «все выжили - значит, разговор успешен»?

— Да.

Спускались мы по лестнице. У квартиры на третьем этаже Громов снова остановился, проверил перила, потом кивнул Орлову. Тот забрал маленький образец масла в герметичный пакет. Я старалась не смотреть. Слишком неприятно было понимать, что в моём подъезде остались следы чужого плана похищения. Ещё неприятнее - что этот план мог сработать, если бы я вернулась одна. Пришла бы с работы, поднялась по лестнице, ворчала бы на лифт, думала бы о корме, открыла бы дверь - и всё. Жизнь закончилась бы не взрывом, не драмой, не героической сценой, а тихим щелчком чужого устройства где-то между третьим и четвёртым этажом.

Во дворе нас ждали машины. И ещё люди. Слишком много людей для обычного двора. Местные уже начали выглядывать из окон. Сосед с пятого этажа докуривал третью сигарету подряд, делая вид, что просто любит свежий воздух. Подростки на лавочке исчезли. Умные дети. Громов передал сумку в багажник, но синюю книгу оставил у себя. Я заметила.

— Почему вы её не положили?

— Посмотрю по дороге.

— Не потеряйте.

— Не потеряю.

— И не сгрызите.

— Стены невкусные. Книги не пробовал.

— Не начинайте.

Барсика поставили на заднее сиденье между мной и дверью, но он орал так, что Орлов на переднем сиденье выглядел всё более несчастным. Громов сел рядом со мной, как и раньше, но теперь в машине было ещё меньше пространства из-за сумки у моих ног и переноски. Барсик увидел его через решётку, округлил глаза и издал низкое утробное «мррроу», в котором было всё: ненависть, подозрение, классовая борьба.

— Он тебя защищает, - сказал Громов.

— Он защищает своё право на диван.

— Это тоже важно.

Машина тронулась. На этот раз маршрут был не к служебной квартире и не обратно в изолятор. Громов назвал адрес Орлову тихо, потом добавил несколько ориентиров. Орлов передал координаты по закрытому каналу Инессе Марковне. Я услышала только район - старая промзона у реки, дальше частный сектор и заброшенные склады. Очень романтично. Всегда мечтала после тяжёлого рабочего дня поехать в место, которое звучит как идеальная локация для криминальных разборок.