Школа дорог и мостов - Тамара Михеева Страница 56

Ему не дали договорить: старшеклассники взорвались криками, аплодисментами, кто-то даже свистнул. Алехин засмеялся.

— Вижу, вижу, вы тоже рады. Что ж, на этом у меня все, отправляйтесь на обед, насладитесь кулинарными шедеврами наших поваров и помните, что начало занятий уже завтра в семь ноль-ноль – не засиживайтесь долго.

* * *

В столовой, где Савва, как обычно, взял буйабес, а Кир – груздянку и оба, с блаженством зажмурившись, съели первую ложку до того похоже, что Саша рассмеялась, к ним подсела Инга. Ее ярко-желтый тыквенный суп украшала изящная веточка мяты, и Саша подумала, что за весь прошлый год так его и не попробовала.

— А у меня вот, – сказала Инга и ткнула пальцем в значок на лацкане своего бирюзового пиджачка.

Это был значок ткачей. Кирилл поперхнулся.

— Ты разве ткач? – прокашлявшись, просипел он.

— Теперь да. Я просто поняла, что я не проводник, понимаете? – Инга заглядывала каждому из них в глаза, ища поддержки и одобрения. – Весь прошлый год мучилась, а летом точно поняла, что надо что-то менять. Я думаю, я ткач. И Алексей Васильевич сказал, что да, могу попробовать. Я так рада!

На Сашу в присутствии Инги всегда накатывала тоска и желание спрятаться. Она слушала ее и поймала себя на мысли, что вообще ничего не думала про свою мастерскую. Да, у следопытов с этого года было на один урок движения и языков больше, чем у остальных, да, начнутся индивидуальные практики с наставником, – и это все отличия, пожалуй. Но Инга, оказывается, думала наперед, смотрела в будущее, размышляла… «А может, я тоже не ту мастерскую выбрала? – встревожилась Саша. – Может, мне тоже надо с Алексеем Васильевичем поговорить?» Почему-то резко помрачневший Кир сказал:

— Пойдемте, рисование сегодня первым уроком.

Саша с Саввой догнали Кирилла уже в холле.

— Почему ты так отреагировал на Ингу? Ну, на то, что она перешла к ткачам? – спросила напрямую Саша.

— Никак я не отреагировал, – пожал плечами Кирилл.

— Отреагировал.

— Нет.

— Да.

— Тебе показалось.

— Ну конечно! Будто я тебя не знаю!

Кирилл резко повернулся к Саше, лицо его пылало.

— Ты знаешь, сколько в ШДиМ ткачей? Знаешь? Пять человек. Пять! А смотрителей, например, девятнадцать. Целителей – пятнадцать, одиннадцать следопытов и проводников столько же. А ткачей всего пять! На всю школу! Быть ткачом очень, очень трудно. По-настоящему трудно.

— Будто целителем легко, – буркнул Савва, но Кирилл даже не услышал.

— А быть хорошим ткачом – в разы труднее. Но все готовы так называться! Даже если не очень-то и умеют, ведь все хотят быть ткачами, это же так круто, так просто!

— Я не хочу, – проговорила ошеломленная Саша.

Кирилл махнул рукой и пошел вперед. Саша с Саввой переглянулись и бросились следом.

— Слушай, – сказал Савва, – но ведь она не просто так туда перешла, значит, хочет быть ткачом, чувствует в себе силы. И ей же разрешили.

— Никто не может запретить, – мотнул головой Кирилл. – И каждый может хотеть, но не у каждого получится.

— Но попробовать же можно, – робко возразила Саша, боясь его новой вспышки. – И ведь нам ничего не объясняли, когда мы выбирали мастерскую.

— Может, в этом и смысл.

— Какой тут может быть смысл?

— Ну… – Кирилл замялся, а Саша опять подумала, что он знает больше, чем говорит. – Может, это такая проверка нашей… ну, не знаю, интуиции? Сможем ли мы почувствовать свое призвание.